— Также как и большинство женщин, которые работают в «Кубышке».

Если бы я не знала Антони, меня бы рассердила его пошлая шутка и то, что меня приравняли к проституткам.

— Если бы она так не благоволила остроухим и короне, я мог бы привезти её вместе со следующей партией фейской пыли.

Меня так занимает вопрос о том, что такое фейская пыль, что я даже не обращаю внимания на то, что Антони упомянул мою влюбленность в Данте.

— У меня тоже острые уши, — произносит мужчина.

— Только не хватает короны, Симонус.

Симонус фыркает.

— Армейский кузнец мне кое-что должен. Я могу попросить его смастерить что-нибудь наподобие короны.

— Валяй, а потом можешь озвучить мне своё предложение, и я договорюсь на твой счет с Катрионой, которая отвечает за всех девочек в таверне.

— Капитан не должен пронюхать об этом.

— Разве я когда-нибудь делился твоими секретами с Даргенто?

— Нет, но я слышал, что он испытывает что-то к этой девушке.

— Это называется жажда крови.

— Я не об этой жажде.

Мне становится так противно, что я слегка взвизгиваю.

— Ты это слышал?

Лестница скрипит.

Мерда. Мерда. Мерда. Я крепко сжимаю губы и задерживаю дыхание.

— Слышал что, Симонус?