— Представляю себе этот кастинг. — мрачно выдала Тан, усаживаясь на подоконник и понуро опуская голову. — Будем всей деревней ходить, по домам заглядывать и искать, где у кого мужичок завалялся. А в городе вообще гастролировать начнем. Первое на селе ток-шоу "Отбор для попаданки". А потом прилетит наш "касатик" и мало места будет всем. Те, кто с манерами окажется, вообще в армию загремят пожизненно.

— Лучше бы не прилетааал. — скривившись, страдала я изо всех сил. — Я ж отцу его поклялааась.

— Чего это ты там наклясть успела, м? — добавив немного требовательности в голос, вопрошала госпожа.

— Что не увижусь с нииим. — я уже больше хныкала, чем на самом деле рыдала. — Даже если вернется он за мной, я не выыыйдууу.

— Ой, подумаешь, поклялась. — фыркнув, отмахнулась госпожа, а я удивленно икнула, поднимая на нее непонимающий взгляд. — Значит, старый тот совсем дурак. Кто ж женские клятвы считает? Только дураки. А дураков наказывать надобно. Но сразу выходить, конечно, не стоит. Я вот, помню, деда своего в свое время заставила побегать. Ох, заставила.

Старшая госпожа мечтательно уставилась в окно, вспоминая былые дни, а Тан заинтересованно слушала ее выводы. Видимо, зерно бесчестья упало в добрую почву, потому что:

— Вот! — тыча в госпожу пальцем, воскликнула Тан. — Бабка дело говорит! Срать нам на те клятвы! Пошли отожмем императорский корабль, а потом украдем принца!

Следуя законам и правилам, надобно почитать старших и…

— Ой, все. Реви дальше. — скривилась тьма и отвернулась к окну.

— Не могу я так. — тихо сказала я, опустив взгляд на сцепленные ладони. — Честные люди держат слово, а от бесчестных и боги отворачиваются. В данной ситуации мои желания несущественны. Он сам жениться не хотел, а я… А я так не согласна. Это позор.

— Так что ж теперь, век из-за него убиваться? — бойко наставляла меня госпожа, выхватывая противень из печи. — Смотри, какой пирог ароматный! А жениха мы тебе найдем, слово даю.

Я не стала упоминать ее же изречение по поводу правдивости слов женщины, незаметно потянув носом аппетитный запах. Да пышный какой, румяный. А с чем? Ох, с мяском и капустой. Желудок жалобно сжался, напоминая, что мы последний раз ели в доме молодого господина. И то, особо поесть нам не дал посланник императора. При воспоминании об императоре реветь перехотелось совсем. Голову подняла старая ненависть, а желание жить еще больше распаляло аппетит.

До самого вечера мы с госпожой просидели на кухне, поедая пироги с отваром, который я приготовила, и обсуждая дела в деревне. Устав ждать, когда я выйду к людям, люди пошли в дом госпожи для встречи со мной. Очень быстро жилище гостеприимной хозяйки превратилось в ведьмин лазарет, а она и не против была. Лечила я и детишек приболевших, и колени у кого там ныли, и прочий люд, что постепенно стекался к этому жилищу. Время шло, а тоска, душившая меня все это время, стала оседать на дно души колючим одеялом и ждать своего часа.