И лишь когда закончились больные на сегодня, я искренне поблагодарила старшую госпожу за гостеприимство и за участие, а после покинула ее дом и в сумерках направилась в свой лес. Как бы там ни было, а я справлюсь.

***

Проснувшись на заре, я зябко поежилась. Дрова в жаровне успели прогореть за ночь, и стало ощутимо прохладней. Снаружи доносилось прекрасное пение птиц, вторя моему чудесному настроению.

— Прекрасное пение?! — психанула Тан, моментально появившись передо мной. — Прекрасное?!! Лин Фэй, это вороны кричат! Зима скоро!

— Какое настроение, такое и пение. — проворчала я, поднимаясь с жесткой постели и кряхтя, будто моему телу тоже уже под три тысячи лет. Дааа… Привыкла я на мягких матрасах почивать за эту неделю путешествия. Подняться-то я поднялась, а вот разогнуться так сразу и не получилось. — Вот теперь я настоящая ведьма. Хмурая, сутулая и ворчливая.

— Какой план у нас на сегодня? — деловито спросила барышня, будто собралась коим-то образом участвовать в моих делах.

— Очень простой. — потирая спину, пошла я на кухню греметь котелками. — Готовим лекарства и лечим всех, у кого есть теплая одежда или еда. Это прежде всего. А потом… Сколько часов прошло?.. Немногим больше восемнадцати, да? Да. Значит, еще три часа, а потом готовимся смотреть уникальное представление.

(А я напоминаю, что по исчислению, принятому в древнем Китае, в сутках насчитывается двенадцать часов, а не двадцать четыре.)

— А что за представление? — живо заинтересовалась маленькая тьма.

— Увидишь. — загадочно улыбнулась я, но улыбка вышла какой-то злобной.

Найдя нужный котелок, я вышла во двор. Шанди уже выползла на улицу и теперь грелась на ступеньках в лучах рассветного солнца. Неподалеку я увидела ведра с той самой смородиной. Ягоды уже были безнадежно испорчены, поэтому нужно будет удобрить ими какой-то куст. Но сначала наберем воды. Ежась от холода, я поспешила к реке.

Под простыми ботинками хрустела изморозью сухая трава, кричали высоко в кронах деревьев жирные черные птицы, похожие на ворон, а впереди блеснула лента звонкой речки. Спустившись к берегу, я опустила в нее котелок, чтобы набрать воды.

— Что там за шум? — задрав голову вверх, недоуменно молвила барышня.

Проследив за ее взглядом, я увидела то, от чего мое сердце едва не оборвалось. До боли знакомый черный эсминец пролетал высоко в небе, оставляя за собой сизый дымный след. Лучи восходящего солнца подсвечивали его, не оставляя шансов быть незамеченным. Помнится, в прошлый раз это было похоже на метеорит? Значит, на борту отключены все артефакты, что было весьма разумно.