Один из длинных острейших когтей прошелся по моему запястью и нежно погладил. На лбу выступил холодный пот. Выбор был небольшой, собственно говоря, выбора не было совсем. Либо я спасаю Айдена, либо нет. Меня терзали сомнения, что дело обойдется парой капель, но я знала, что жертва будет совершенно добровольная. Затаив дыхание, я вытянула руку. Пифия хищно заулыбалась, словно пиранья, почуявшая запах свежего мяса. Слепые глаза ее, с отражающимися в них бирюзовыми бликами молний, внушали ужас.

Острый ноготь чиркнул по запястью там, где раньше была метка Мертвой головы, но боли не последовало. Красный росчерк, и кровь каплями покатилась в ловко подставленный Пифией котелок.  Жидкость пенилась и шипела, как соляная кислота. От моей крови по ее поверхности пошли радужные круги.

Пифия торопливо дернула мундир Айдена в сторону, освобождая как можно больше места для маневра. Меня замутило, и я поспешила отвернуться.

Она аккуратно зачерпывала пальцами мазь, в которую превратился загустевший отвар, и легко, едва касаясь, наносила на края рваной раны. Я считала про себя минуты, вздрагивая от каждого раската грома.

-Теперь ждем, - шепнула Пифия, жадно разглядывая тело Айдена в поисках изменений. Я зажмурилась: вероятность того, что мазь поможет, была минимальная, я видела это по лицу Пифии. Она сама не верила в собственные силы, но что-то свыше оказалось к нами снисходительным.

Через пару минут все было кончено. Плоть отторгала яд, излечиваясь изнутри, а Айден перестал метаться в бреду.

И наступила тишина. Буря, сотрясавшая Харвингаст, стихла.

Пифия поднялась на ноги и молча, пошатываясь, удалилась за перегородку. Рыцарь, который по-прежнему хватался за мою руку, как за спасительный плот, захрипел и очнулся. Синие глаза смотрели в пустоту и казались стеклянными.

-На...клонись бли..ближе.

Я послушно подалась вперед, не сводя глаз с бледных потрескавшихся от жажды губ Айдена.

-Что?

У меня остались силы только шептать, боясь потревожить его. За перегородкой  то ли плакала, то ли смеялась Пифия, раскидывая в стороны опустевшие склянки. Звон битого стекла напоминал похоронные колокола.

Холодная, почти ледяная рука коснулась моей щеки. Не отдавая себе отчета, я накрыла ладонь Айдена своей, пытаясь согреть, и улыбнулась. Выглядела я еще той красоткой: зареванная, чумазая.

Бледные губы дрогнули:

-Испытание засчитано.

Между нами вспыхнула алая звезда и юркой кометой взмыла вверх, сквозь крышу в вечно ночное небо Харвингаст. И рассыпалась там, оповещая, что непутевая невеста Мрачнейшего прошла третье испытание.