Майор поднял голову. Посмотрел на нас и неожиданно широко улыбнулся.

– Здорово, Балабанов. Негусто ты мне подмоги привёл.

– Так я тебе, Серёгин, и так уже всех отдал. Вот, мы последние.

– Ну, будем воевать, – ответил майор. – Проходите, присаживайтесь. Есть хотите? У меня тушёнка осталась и сухари. Во фляжке вода. Водки, прости, Балабанов, нету. Тебя как звать? – спросил меня.

– Сержант Кадыльбек Агбаев, товарищ майор! – вытянулся я.

– Казах, что ли?

– Так точно!

– Сіз қай жерде тудыңыз? – неожиданно по-казахски спросил Серёгин, чем удивил нас обоих вместе с капитаном.

– Простите, товарищ майор, по-казахски не говорю, – ответил я.

– Это почему? Кстати, я спросил, где ты родился.

– Да я, в общем… из Камызяка, село такое есть неподалеку от Астрахани.

– Родители есть?

– Так точно.

– Откуда?

– Северо-Казахстанская область, Уральск. Прадед там муллой работал, мечетью управлял.

– А потом?

– В середине 1930-х перебрались под Астрахань, голодно было.

– Так ты у нас, получается, поповский внук, – рассмеялся майор. – Ладно, не кипишуй. У меня прадед у самого архиереем был. А что язык родной не знаешь – плохо. Ладно, давайте, жуйте быстрее, полезут сейчас.

Но поужинать мы так и не успели. Немцы навалились всем табором, и нам пришлось оставить майора Серёгина. Он продолжил управлять остатками своего батальона. Мы же с Балабановым отбежали в сторону и заняли позиции в окопе. Я первые секунды зачарованно смотрел на красоту, которая раскинулась впереди. Под ярким светом луны во все стороны летали красные и белые светлячки. Они двигались то по прямой, то по параболе, иногда делали резкий поворот на месте и устремлялись в другом направлении.

– Башку пригни, чего высунулся! – услышал я резкий окрик рядом. Это оказался незнакомый солдат. Он сидел на дне окопа с винтовкой между ног.