– Это тоже часть твоей собственности? – спрашиваю я.

Торбен кивает и входит в рощу. Один из фейри приземляется ему на плечо, и я вижу, что у него пухлое, светящееся тело, как у пчелы, и два розовых крыла, точно такие же, как лепестки вишневых деревьев. За все время, что я жила в Весеннем королевстве, я никогда раньше не видела подобных существ.

Торбен протягивает руку над головой и срывает что-то с ближайшего дерева. Из-за этого движения маленький фейри отлетает в сторону. В это время Охотник протягивает мне вишенку. Он срывает еще одну и кладет себе в рот.

– Это были наши фирменные вишни. Кажется, они продолжают цвести даже без особой заботы. Вероятно, благодаря эльфам Сераписа[8].

– Эльфы Сераписа? Фейри из светящихся лепестков?

– Их можно увидеть только рядом с вишневыми деревьями фейри. Они опыляют их. Тем не менее я удивлен, что никто не вырубил эту рощу или не пересадил ее. Несколько ягодных урожаев были украдены.

Я смотрю на вишенку, которую он мне дал. Эльфы Сераписа продолжают порхать и жужжать над нами, освещая уникальный бледно-розовый плод, испещренный маленькими золотыми пятнышками, которые сверкают, как звездный свет.

– Я никогда не видела ничего подобного.

– Попробуй, – говорит Торбен и срывает еще одну для себя.

Есть что-то настолько красивое кажется едва ли не постыдным, но я подчиняюсь и подношу ягодку к губам. От ее вкуса я едва сдерживаю стон. Сладкий, насыщенный, мякоть напоминает классическую вишню, но с послевкусием цветков розы. Я вытаскиваю косточку и съедаю остальное.

– Удивительно, что тебе нравится, учитывая твое презрение к цветочным ароматам. На самом деле, даже странно, что ты можешь оставаться в этой роще так долго.

Посмотрев на Торбена, я обнаруживаю, что его взгляд прикован к моим губам. В выражении его лица присутствует что-то, напоминающее голод. Это заставляет замереть каждый мускул в моем теле.

Усиленно моргая, он отводит глаза и прислоняется к стволу дерева.

– Я же говорил, запах ягодных деревьев меня не беспокоит и не ухудшает обоняния. И вкус… – Его взгляд медленно скользит обратно к моим губам, словно ведомый какой-то магнетической силой.

– Тебе нравится их вкус?

– Да, – отвечает он глубоким и хриплым голосом, и я не могу избавиться от ощущения, что мы обсуждаем что-то другое. Я чувствую покалывание на коже, напоминающее о том, что я испытала прошлой ночью. Словно глубоко внутри меня, в самой сердцевине, зажегся огонь. Это чувство становится таким сильным, что почти придает мне смелости сказать что-нибудь дерзкое, как и прошлой ночью.