Несколько дарков одновременно ринулись вперед, предупреждая нового императора, чтобы он ничего не брал из рук княжича, но Айден все равно взял протянутое, не сводя взгляда с дарителя.

А затем, открыв крышку, медленно достал оттуда… странные часы на золотой цепочке. Они отсчитывали время с помощью маленьких стрелочек, поблескивающих алой инкрустацией.

– Что это? – спросил Айден, приподняв бровь.

Я и сама не понимала. Но по всему выходило, что эта вещица должна была много значить. Ведь ее вампирский княжич преподносил новому императору по сути вражеского государства. Вещь просто обязана была оказаться нетривиальной. Ведь если, к примеру, Ренвиэль хотел помириться с Новой Райялари после смерти своего отца, то часы – это некий символ, смысла которого я пока не поняла. А если хотел отомстить – то они могли нести в себе смертоносную магию.

Кроме того, кажется, эти же самые часы пару раз мелькали в руке Кровавого князя во время боя там, в тронном зале. Но я, конечно, не могла утверждать это точно, ведь тогда так много всего произошло.

– Это Калейдоскоп времени моего отца, – ответил тем временем княжич, и на его губах мелькнула едва заметная улыбка. – В честь ознаменования правления нового Огненнокрылого императора я преподношу ему этот дар.

Я перевела взгляд на Айдена, чтобы понять смысл сказанного. Но не преуспела.

Брови дракона слегка сдвинулись, а в глубине красно-огненных глаз мелькнуло удивление.

– Благодарю за этот дар, – через несколько мгновений кивнул он и, к моему изумлению, просто сунул часы в карман расшитого черным золотом костюма.

Ренвиэль снова склонил голову, и на этот раз улыбка на его бледном лице стала заметнее. Но затем он повернулся ко мне, и голубые льды его глаз на миг сверкнули… и, может быть, даже потеплели, но я не рискнула бы об этом говорить.

– Моя императрица, примите и вы мой подарок, – проговорил он, протянув ладонь перед собой. И в тот же миг над ней закружились белоснежные искры, чтобы превратиться в алые капли, напоминающие кровь. Не прошло и секунды, как и они осыпались на его руку, а вместо них в его пальцах засверкал потрясающе красивый алый тюльпан.

– Он… каменный? – ахнула я, когда Ренвиэль, склонив голову, предложил мне взять подарок. Впрочем, сделать это сразу же мне не позволил Айден. Сперва он начертил под ним какую-то печать и лишь затем, когда она потухла, кивнул, разрешая протянуть руку к цветку.

– Каменный, ваше императорское величество, – ответил вампир на этот раз со вполне широкой и яркой улыбкой. – Его бутон сделан из цельного рубина, а ножка с листьями – из изумрудов чистейшей воды.