– Государь! – жарко воскликнул Гард. – В моих объятиях не было женщины, я обнимал друга! Единственное чувство, которое я питаю к ее милости – это дружеское расположение, и никак иначе. Пусть Верстон будет мне свидетелем.

– А вы, ваша милость, – сурово вопросил у меня венценосец, – как вы могли позволить…

Договорить он не успел, потому что надо было спасать беднягу Фьера от внезапной участи двоеженца, и я кинулась государю на шею, в очередной раз нарушая все мыслимые и немыслимые правила:

– Ах, Ваше Величество, – всхлипнула я, уткнувшись лбом ему в плечо, – я сама не своя от переживаний. Это всё так ужасно…

– Ну что вы, дорогая, – смягчился король и обнял меня в ответ. – Элькос знает свое дело, не переживайте. – Он чуть отстранился и погладил меня костяшками пальцев по щеке, я ответила преданным взглядом. – Стало быть, пострадал тот забавный жеребец, на котором вы обычно прогуливаетесь? Аферист, кажется?

– Аметист, государь, – поправила я монарха, – Аферистом его прозывают за склонность к выдумкам и каверзам. Он восхитителен, государь! – воскликнула я. – Такой милый, такой трогательный и доверчивый, а его…

Я отвернулась, но быстро была возвращена на прежнее место, и заботливые объятья короля вновь сомкнулись. Сейчас Его Величество стоял к Гарду спиной, мне барон был виден прекрасно. Его милость блаженствовал. Гнев монарха был усмирен, однако он все-таки сделал замечание, произнесенное негромко, но с явным намеком:

– Вам следует меньше общаться с молодыми неженатыми мужчинами. Я как ваш господин обязан следить за нравственностью, особенно девичьей, потому примите мои рекомендации к сведению, и мы не поссоримся.

Подняв голову, я ответила серьезным взглядом и спросила:

– Ваше Величество, вы хотите сказать, что я распутна?

– Вовсе нет, с чего вы это взяли? – с недоумением вопросил король.

– Тогда отчего ваши сомнения в моей честности? – спросила я с укоризной, а после, прижав ладони к своей груди, взмолилась: – Не отнимайте у меня его милость, прошу вас! – и снова прижалась к королю: – Государь, вы ведь знаете, как тяжело завести во дворце доброго друга. Его милость не переступал границ ни разу, более того, я не вижу в нем мужчины, как и он во мне женщины. Но мы оказались близки по духу, оттого и сдружились. Кроме того, дядюшка доверяет барону Гарду мою жизнь и честь, потому только его милость сопровождает меня в отсутствие графа Доло. – Я опять отстранилась. – Вы же знаете его сиятельство, он крайне щепетилен в вопросах чести, умен и прозорлив. Более того, зная о моем нежелании давать надежду, граф не подпускает ко мне никого, кто имеет на меня виды и серьезные намерения. – Теперь я накрыла грудь монарха ладонями, заглянула в глаза и повторила жалобно: – Пожалуйста.