– С удовольствием, – кивнул граф и спешился первым.

Я дала себе пару минут на страдания и панику, уже представляя, как глава рода придет в ужас от моих устремлений, объявит безумной и примет решение вернуть меня домой и срочно выдать замуж, чтобы изгнать дурь из головы.

– Ну же, дитя мое, – напомнил о себе его сиятельство. – Вы достаточно отважны, чтобы указывать королям, тогда незачем играть трепетную девицу перед графом, пусть это и глава вашего рода.

Полуобернувшись, я посмотрела на Аметиста и подумала, что можно использовать его метод и прикинуться мертвой. Развеселив этим саму себя, я зафыркала, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех, не сдержала и хохотнула. А следом за этим выдохнула и решила быть честной.

– Меня не интересует роль любовницы, – произнесла я.

И вот тут глаза графа расширились. Он сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и как-то очень проникновенно спросил:

– Вы обезумели?

– Я знала, что вы так скажете, – нахмурилась я. – Только не думала, что так быстро. Но ведь в этом же есть смысл, дядюшка! Почему? Почему я не имею права даже попробовать? Почему я не должна даже мечтать об этом? Что может быть почетней, чем служение своей стране? Я ведь неглупа, вы сами это столько раз говорили! И я знаю, что могу принести пользу своему королевству…

– Своему! – воскликнул граф. – Вы уже говорите – своему!

– А как иначе? У меня есть столько же прав, сколько у любого другого жителя Камерата…

– Шанриз, стойте! – потребовал его сиятельство. Он поднял вверх указательный палец, требуя внимания, после выдохнул и заговорил уже спокойней: – Итак, вы желаете стать королевой…

– Чего?! – совершенно неблагородно воскликнула я. – Вы с ума сошли? Дядюшка!

– Стоп, – опять велел граф. – Кажется, мы зашли в тупик. Вы сказали, что вас не устраивает роль любовницы, и значит, хотите стать женой, верно?

– Совершенно неверно, – мотнула я головой. – Это же надо такое сказать! Да как вы могли обо мне такое подумать, ваше сиятельство?! Хвала Хэллу, я в своем уме, дядюшка, и он меня еще не подводил.

– У-уф, – шумно выдохнул его сиятельство и прижал ладонь к сердцу. – Я уж подумал… – он хмыкнул, но тут же вновь ко мне развернулся: – Тогда о чем вы толкуете?

– О карьере, разумеется, – ответила я, всё еще чувствуя себя оскорбленной. – Я хочу сделать карьеру на поприще общего образования и внести в него некоторые реформы, которые смогут помочь изменить наш мир. Но для этого мне необходимо покровительство короля, его поддержка и дружба.

– А теперь со всеми подробностями, – приказал граф.

В резиденцию мы вернулись уже с наступлением темноты. Дядюшка шел в молчании, усваивая всё услышанное. Время от времени он качал головой и произносил так тихо, что я едва могла расслышать: