Корабль за кораблём уходили из кольца вокруг острова, но маридринцы оставались, теснясь всё ближе ко входу в пещеру. Цепи натянулись, снова прозвучал жуткий визг металла.
Это была гонка с бурей. Наперегонки с подступающим штормом флоту отца нужно было захватить пещеру, высадить на берег достаточно солдат, чтобы удержать остров, и успеть увести корабли, пока шквальный ветер и ливень не отправили их все ко дну.
Лара неподвижно стояла на коленях у обрыва, – она понимала, что не успеет вовремя добраться до входа в пещеру, чтобы что-то предпринять.
Волна захлестнула один из баркасов, люди поплыли от него прочь к другим лодкам, которым тоже угрожала опасность затонуть.
Один за другим пловцы уходили под воду, и по тёмному морю расплывались алые пятна: акулы Итиканы пировали трупами её врагов. И все же баркасы не повернули назад.
Что может быть хуже, чем буря? Хуже, чем акулы, на глазах у маридринцев терзающие тела их товарищей?
В груди у неё внезапно вспыхнула уверенность, и она вскочила и выхватила из рук у итиканского солдата подзорную трубу. Подняв её к глазам, Лара окинула взглядом корабль, который тянул решётку из пещеры, и застыла на месте, когда в прицел увеличительного стекла попала знакомая фигура.
На палубе корабля стоял Ларин отец – скрестив на груди руки, он смотрел на свою цель. На его лице не было и тени страха.
Это его боялись солдаты. Это он гнал людей в эти смертоносные воды. Это его присутствие удерживало флот от бегства перед наступающей бурей.
Лара опустила подзорную трубу, подскочила к Анне и схватила её за руку, потянув её к краю обрыва. Указала вниз, на воду:
– Мне нужно попасть на этот корабль.
61 Лара
61
Лара