«Я знаю, что моя надежда хрупка, как тонкий весенний лед. Знаю, что воображать себя целителем, вознамериться излечить тысячи в один день может показаться гордыней, - обратилась я к воде и богам. – Но я не считаю себя целителем. Я только проводник между мощью богов и теми, кто нуждается в помощи. У меня нет дара, никогда не было, но вы вылечили через меня короля и стольких людей. Я прошу вас о чуде».

- Чужеземка! Ведьма! На кол тебя посадить! Прокляла нас всех! А теперь убить хочешь! – слышалось отовсюду.

«Я знаю, что люди боятся меня, но надеются на вас. Я не важна. Важна их надежда. Прошу вас, боги, дать достаточно сил для того, чтобы сделать воды этого озера целебными».

Я простояла, молясь в воде, несколько часов, пока солдаты таскали людей к озеру, загоняли их туда толпами и заставляли пить. Затем они поили водой лежачих. Когда вечером ко мне подошел Алессио, я позволила ему взять себя на руки. Сил двигаться не было, а еще я замерзла. Он вынес меня из озера, донес прямо до спальни, а там за меня взялись Валери и Беа. Они ножницами срезали с меня мокрое платье, и я с наслаждением погрузилась в горячую воду.

На следующий день мы снова вышли из замка, чтобы еще раз провести ритуал, но нас ждал сюрприз: все храмовники города в белых одеждах выстроились перед мостом. Стража нерешительно стояла возле. Теперь уже архиерей, Гамас что-то внушал виссарийцам, те подозрительно внимательно слушали. Я поспешила выйти на мост.

- Архиерей Гамас, вы могли бы помочь вчера уговорить людей выйти к озеру. Где же вы были? Вашего авторитета нам очень не хватало, - поприветствовала я его, не склоняясь и не целуя протянутого перстня.

- Вы не имеете права сгонять народ, как стадо. Это не животные, а люди.

- Сегодня мы продолжим поить людей, - обратилась я к командирам виссарийцев. - И нужно начать сжигать трупы. Сначала напоим людей, потом возьмемся за очистку города. Приступайте.

Но те нерешительно посмотрели на архиерея Гамаса.

- В чем дело? – нахмурилась я.

- Я любезно попросил наших новых союзников дать нам побеседовать прежде, чем вы начнете снова мучить людей. Поскольку народ, ваше величество, готов обратить против них оружие. И тогда начнется бойня внутри столицы. Не думаю, что это наша с вами цель, - ехидно сказал мне архиерей, делая всем знак отойти.

Алессио даже не пошевелился, но я знала, что архиерей при нем всех карт не выложит.

- Алессио, мне нужно поговорить с его преосвященством наедине.

И только тогда верный секретарь нехотя отступил в сторону.

Архиерей Гамас шумно вздохнул, смерив меня взглядом. Я стояла спокойно, но в глубине души жалела, что не попыталась уговорить архиерея Ведотуттора лишить Гамаса сана. Это был серьезный промах. Я дала ему возможность воспользоваться смертью архиерея и захватить власть. Теперь же у Гамаса больше власти. Я не хотела устраивать здесь бойню и заставлять виссарийцев убивать мой народ. Такого мне Генрих не простил бы никогда. Я оказывалась связанной по рукам и ногам. Нужно уговорить Гамаса дать мне шанс излечить людей.