Пернатая любительница «тыгыдыков» закурлыкала так звонко, что у меня заложило уши. Птица была довольно компактной, если не считать необъятного хвоста, свисавшего аж до пола. Всем прочим телом походила на обычную квахарку. Но ее сверкавшие золотом глазки внушали некоторый трепет.
– Питомец. Питомец Тьмы, – выдохнула ошарашенно, разглядывая слепящее оперение.
Почувствовала, как в ладонь упало что-то круглое и… джантарик напоминающее. Что-то я даже думать не хотела, откуда оно вылезло!
– М-да… «питомец». Не смотри на размеры, на изнанке она имеет привычку увеличиваться, – Миэль деловито поправила черную блузку и пошла по академическому коридору следом за Даннтиэлем.
Процессия наша порядочно растянулась. Мой божественный рабовладелец шел первым, безошибочно прокладывая путь. Следом величаво плыла его мамаша. Я топала за ней, поглаживая нервную птичку и подметая ее золотым хвостом пол.
Позади тащился Рок, страдальчески подвывая: мать и сын сошлись во мнении, что ему надо почаще бывать на изнанке. Пока он совсем не «очеловечился» и не нахватался дурных манер.
– Ты мог бы и сам… – Миэль в который раз надеялась вывести Даннтиэля на «важный разговор», но тот вновь и вновь пресекал попытки. – Ты ведь теперь…
– Нет. Я хочу, чтобы Найджел получил то, чего так желал. Пусть сияет, – проворчал тот сквозь сжатые зубы.
– Тогда дай ему взять жертву, всего-то! – фыркнула леди Тьма, и я ускорила шаг.
– Нет, – вновь односложно отрезал тот. – Тебе жалко?
– Для тебя – никогда не жалко, – она передернула плечами.
– Мне
– Но ради этого… склизкого… воришки… переводить…
– Переведешь, – строго выдал тот.
– Они на земле не валяются!
– Валяются, валяются… Половина Эррена завалена этим добром.
Потеряв нить беседы, я устремилась взглядом вперед. К главной башне ректорского корпуса. Именно там, немногим ниже смотровой площадки, была спальня «красавчика Керроу». О чем знала каждая уважающая себя первокурсница.
В отличие от Фенриссы и Галлатеи, я в ней ни разу не бывала. А вот девочки пару раз в год стабильно «тревожили» сира ректора в неурочное время. Чтобы сноровку не потерять и на синие банные полотенца полюбоваться.
Сейчас полотенец на нем не было. А они, видит Тьма, Керроу совсем бы не помешали!