На пне, свернувшись, лежал старый лис, и как только Илая вышла на опушку, он поднял на нее свои глаза. Он недовольно потянулся и повел носом, принюхиваясь.

Каллима…- Илае показалось, что именно лис произнес это.

– Шихам! – поздоровалась девушка, не имея ни малейшего представления, откуда знает его имя. – Дух Криводубого леса.

Лис посмотрел прямо на нее и медленно обратился. Вместо него на пне оказался маленький старичок с длинной, на половину рыжей, на половину седой, бородой. Его плечи покрывала лисья шкура, а глаза скрывались за густыми бровями и ресницами.

– И я тебя приветствую, – сказал старик и немного поерзал, усаживаясь удобнее. – Что делаешь ты так далеко от своего клана, Каллима?

– Меня привела сюда девушка, – сказала Илая, чувствуя себя странно в собственном теле. Голос казался ей чужим, а слова, сказанные ею, не рождались в ее сознании. – Они идут к Богам, надеясь справиться с древней магией.

– Эта девушка сильна? – старик хитро прищурился.

– Ты сам знаешь ответ хитрый лис, – улыбнулась она.

– Не играй со мной, Каллима. Твой дух вселяется лишь в избранных.

– У тебя хорошая память, плут. – Илая слушала этот диалог и понимала, что ее сознание здесь только свидетель. Это и пугало и завораживало ее.

– Как забыть мне, что только дети твоего клана могут снять мои оковы? – Старик поднял руки, и Илая увидела, что запястья его и правда закованы в магические цепи, обернутые вокруг пня. – Освободи меня и мой лес, а я дам тебе ответы.

– Но у меня нет к тебе вопросов, – невозмутимо пожала плечами Каллима.

– У тебя нет, но у смертной, в чьем теле ты поселилась, и у людей за твоей спиной они определенно имеются. – Шихам указал куда-то в ту сторону, откуда Илая вышла и девушка обернулась. Ее друзья наблюдали за беседой двух древних духов

– Что мне до их интересов?

– Ты призвана защищать детей Муаллы, ты дух, рожденный именно с этой целью, – улыбаясь, сказал старик.

– Но как любой дух, я и о себе не забываю, – ухмыльнулась Каллима.

– И чего же ты хочешь для себя?

– Частицу твоей искры, конечно. – Каллима подошла к старцу ближе и заглянула прямо в лицо.

– Хочешь вечной жизни? – разозлился Шихам.