Словно почувствовав мой взгляд, Хогер медленно поднял голову и легко нашел меня на балконе. Холод из сердца стремительно пронесся по всему телу. Даже создалось впечатление, будто я превратилась в ледяную статую, бездушную и несчастную. Хогер же улыбнулся. Просто улыбнулся, а я задрожала и подавилась воздухом.

«Здравствуй, любовь моя…»

Стараясь восстановить дыхание, я не слышала его слов, но легко прочитала по губам. Удушливой волной накатил страх, заставив затрепетать. Лишь усилием воли я устояла на месте, но глаз отвести не смогла.

«Ты скучала по мне, родная? Я скучал. Скоро… совсем скоро мы будем вместе… ты, наконец, станешь моей…»

— Нет, — едва слышно прошептала я, ненавидя себя за слабость и дрожь.

И неизвестно, чем бы все закончилось, но я внезапно уловила движение за спиной. Словно легкое дуновение ветерка, меня окружил защитный кокон, а потом на плечо легла рука, даря столь необходимую сейчас поддержку.

«Брат. Айдар. Истинный герцог Алртон».

Ради этого момента я согласилась бы вновь вытерпеть все невзгоды. И какое счастье, что я успела увидеть, когда Хогер узнал стоявшего рядом со мной мужчину.

На его лице, стремительно сменяя друг друга, промелькнули недоверие, шок, злость и ненависть. Его план катился в бездну. Теперь убийством Рейнера не обойтись. Вот он, истинный наследник, выжил, несмотря на все старания.

«И как ты поступишь теперь, Хогер? Что предпримешь? Чувствуешь ли, как власть буквально уплывает из рук? И тебе не поймать ее».

— Победитель получит жизнь и руку прекрасной герцогини Алртон, — громко продолжил распорядитель. — Участники готовы? — Помедлив несколько секунд, он объявил: — Да начнется тэй-даркс!

У меня подкосились ноги. Почувствовав, как дрожат колени, я медленно опустилась на лавку. Но глаз от арены, где начинался самый главный бой в моей жизни, не отвела.

«Пожалуйста, — взмолилась я богам, духам, всему миру, — прошу, не дайте ему погибнуть…»

Сначала установилась тишина. Противники разошлись по сторонам, не делая пока попыток напасть. Очевидно, примеривались, старались прощупать соперника, не торопясь первым вступить в бой. К тому же им требовалось призвать силу. Одну из высших.

Сначала это сделал Хогер. Победоносно вскинув руки, он весь с ног до головы покрылся пламенем.

«Позерство, призванное устрашить соперника, но и сжирающее резерв. Надо быть очень и очень уверенным в себе, чтобы так рисковать».

Повинуясь его воле, лава под мостиком двумя небольшими фонтанами взметнулась вверх и опала под шумный вздох толпы, явно восхищенной открывшимся зрелищем.