— Эвелин я рад, что ты жива, — воскликнул Джозеф, бодро вскакивая с дивана, — но Берри прав, не будем вас задерживать.

Уже в комнате, устало опустившись на кровать, я взглянула на мужа, с усмешкой произнесла:

— Он точно знает, что я ничего не помню, иначе бы я посетила Бритту.

— Думаешь?

— Уверена, но не понимаю, зачем это ему, — озадаченно пробормотала. — Ложись спать, сегодня был непростой день, — прошептал муж, притягивая меня к себе. — Добрых снов, — пожелала, прикрыв глаза, я попыталась заснуть. Но проворочавшись пару часов в кровати, я не выдержала и отправилась за стаканом тёплого молока с мёдом. Осторожно, чтобы не разбудить мужа, выбралась из кровати и накинув халат, покинула комнату. Идя по тёмному коридору, спускаясь по ступеням, я не опасалась нападения, Хальгорд предусмотрительно выставил в замке охрану.

— Эви? — удивлённо пробормотал Сверр, стоя у подножия лестницы, — что-то случилось?

— Нет, просто не спиться, пошла на кухню, — ответила, с улыбкой глядя на сонного парнишку, — в замке спокойно?

— Да, тихо, только Улла понесла гостям мяса, они ещё не легли, — сообщил молодой охранник, — Фроуд пошёл её проводить, да что-то задерживаются.

— Идём глянем? — предложила и тут же устремилась в правое крыло замка, по дороге, прихватив ещё и охрану у входа, — Гарди иди за мной.

Как только я переступила последнюю ступеньку лестницы, глубине коридора раздался приглушённый женский крик, удар и как будто кто-то упал, не медля ни секунды, я рванула туда. Уже у самой двери мой путь преградила рука Сверра:

— Эвелин я первый.

— Хорошо, — согласно кивнула, нетерпеливо поглядывая на закрытую дверь, но вот сильный удар воина и она распахнулась. Увиденное меня изумило: Улла, младшая дочь Вилмы, прикрыв рот ладошкой, застыла в центре комнаты и не мигая смотрела на валяющегося у подножия кровати полураздетого Джозефа. Берри с блуждающим и спокойным взглядом развалился в кресле и пьяно хихикал. Фроуд же нависал над невменяемым родственничком и с трудом сдерживался, чтобы ещё раз не приложить его.

— Что здесь происходит? — воскликнула я, холодно взглянув на гостей.

— Ааа… сестрица, — невнятно пробормотал Джозеф, пытаясь подняться, одной рукой вытирая кровь, текущую с разбитого носа, — твои девки не сговорчивые, а челядь смела поднять на меня руку.

— В этом замке нет девок и челяди, — чеканя каждое слово, произнесла я, отодвигаясь от братца подальше, удивляясь, как за столь короткое время, можно было так надраться. — Джозеф, — отозвался из кресла Берри, предупреждающе подняв руку, но родственничка уже понесло.