Она провела пальцами по рукояти.
— Спасибо. Пожалуй, ты мог бы сказать мне об этом.
— Я думал, к этому моменту ты лучше меня понимаешь, — мягко произнёс он.
— Я тебя совсем не понимаю, — слеза скатилась по её щеке, и Урсула отвернулась, чтобы вытереть влагу со щеки. Она не хотела, чтобы другие бойцы видели, как она плачет, но её эмоции выходили из-под контроля.
Урсула подняла меч, наблюдая, как он грозно блеснул в свете звёзд. На мгновение она присмотрелась к стали — та действительно выглядела острее. Она снова повернулась к Баэлу, но он уже занял своё место в конце шеренги чемпионов, как раз по другую сторону от Бернаджу.
Хотгар снова протянул руки.
— Восемь оставшихся доказали свою умелость в бою и в воздухе. Сегодня дуэлянты проверят своё мастерство в схватке один на один.
Толпа вокруг взревела, требуя крови.
***
— Состязание начинается с Баэля и Зота, — Хотгар кивнул на двух демонов. — Отправляйтесь на поле крови.
У Урсулы пересохло во рту.
Вместе с остальными чемпионами Урсула отошла от центра арены. Она взглянула на Зота — массивного демона, чьи руки были толстыми, как стволы деревьев. Меха и металлические нагрудники покрывали его гигантскую грудь. В одной руке он держал железный щит. В другой — короткий полуторный меч.
Он ухмыльнулся, обнажив неровный ряд зубов.
Баэл шагнул вперёд, обнажая свой меч. Хотя Баэл был по меньшей мере два метра ростом, этот бегемот был на тридцать сантиметров выше. Тем не менее, Баэл, казалось, нисколько не беспокоился, несмотря на нависавшего над ним монстра.
— Когда я ударю в гонг, — проревел Хотгар, — поединок начнётся.
Ледяной ветер пронёсся над ареной, и воцарилась гробовая тишина. Несмотря на знание, что Баэл убил свою собственную жену, Урсула хотела, чтобы он пережил этот бой. Может, он и не был социопатом. Может, имелась какая-то веская причина — например, его жена была монстром, которого нужно было устранить.
Но тогда зачем держать её портрет на стене? А обручальное кольцо у него на шее?
По какой причине кто-либо мог убить того, кого любил?