Раяну хотелось по старинке выпороть строптивую студентку. И он бы хорошенько прошелся по ее пятой точке, наплевав на запрет телесных наказаний, но боялся, что при виде кружевных панталон его мысли потекут совсем по другому руслу. Поэтому нет и еще раз нет. Вместо этого он постарался свести их общение к минимуму, то притворялся глухим, то отвечал односложно. Лика должна понять, что поступила дурно, и, главное, почему. Сложно защитить ту, которая мешает себя защищать.

— Хорошо, хоть души не высасывает! — мрачно пошутил Аргус и занялся трупом.

Он бережно, чтобы не затронуть следы крови, расстегнул ворот убитого и оттянул его вниз, обнажав следы от зубов. Затем послюнявил палец и приложил его к небольшой припухлости возле ранки.

— Серебряное что-то есть?

Не оборачиваясь, Аргус протянул руку, и помощник вложил в нее небольшой ножик. И тут же тенью скользнул назад, в оцепление.

— Что вы хотите выяснить? — заинтересовался Раян.

— Время смерти. Есть у меня один секретик…

Канцелярист самодовольно хмыкнул. Ну да не только магистрам магии поражать окружающих своими познаниями!

Согрев нож дыханием, Аргус надрезал кожу в области укуса и стал ждать. Поначалу ничего не происходило, но потом лезвие начало темнеть.

— Пять часов назад.

Поднявшись на ноги, офицер убрал нож в специальный мешочек для вещественных доказательств.

— Итого… — Он чуть приоткрыл рот, возвел взгляд к небесам, подсчитывая. — Под утро все случилось. Наверняка возвращался от любовницы или увеселительного дома. А имел бы дом, семью, остался бы жив, — назидательно заметил Аргус.

Раян против воли улыбнулся. Офицер так гордился фактом своей недавней женитьбы, что напоминал о нем при каждом удобном и неудобном случае.

Пока канцеляристы возились с трупом, магистр обратил внимание на тонкий снежный покров. Снег выпал вечером, с тех пор в переулке порядочно натоптали, но одна цепочка шагов показалась ему занятной. Раз уж Аргус официально включил его в поисковую команду на правах независимого консультанта, Раян имел полное право участвовать в расследовании.

Следы, несомненно, оставила женщина. Она едва касалась мостовой, вдобавок обулась не по сезону — в туфельки. Либо это богатая дама, которую поджидала карета, либо Альма. День ее смерти навсегда врезался в память Раяна — пятнадцатое сентября. Погода тогда стояла теплая, и Альма носила серые замшевые туфли на остром каблучке.

Глупо полагать, будто за стригессой тянулся бы след из кровавых капель. Высшие вампиры осторожны, не разрывают горло, обходятся без алого веера на снегу. Напившись, и вовсе утирают рот платком.