– Я заберу эту штучку, если ты не возражаешь, – послышался прохладный голос Вернона Лютера.

Он резко выпрямился, словно его поддержала чужая сила. Принц Пустоты наконец напрямую начал управлять своей марионеткой.

– Может, и зря я оставил ваш вид в живых, – произнёс он задумчиво. – Всё равно друг друга вы перебили, так какой смысл трястись над редкими беспозвоночными? Пожалуй, с меня хватит.

Он указал на чётки в руках Майлза.

– Эту вещь я забираю.

В следующее мгновение две вещи произошли одновременно.

Ваади плюнул из-под плаща в Вернона чем-то тягучим, прозрачным. Тело Вернона плавно отклонилось в последний момент, словно кто-то изящно качнул его, как куклу-неваляшку, но одновременно Ваади шевельнул псевдоподией, и меч, закрутившись в воздухе, вылетел из рук Дира…

…И ювелирно, безжалостно влетел в Вернона, опрокинув того на спину.

Крик, который издал Принц Пустоты под сводами зала, мог бы сравниться только с агонизирующим криком Вернона, когда давным-давно в подвале Виктории тот взял в руки Светлый меч и едва не погиб, когда его Тёмная аура вошла в смертельно опасный конфликт с аурой меча. Тогда Вернон умирал, он умер бы, и только Светлая искра Таиссы с трудом, но вернула его к жизни. А сейчас…

– Нет, – едва слышно выдавила Таисса. – Нет, не надо, пожалуйста…

Крик резко оборвался. Никаких закушенных губ, никаких стонов. Голова Вернона в последний раз мотнулась в сторону, и он застыл совершенно неподвижно.

Перед Таиссой лежала серая мёртвая кукла.

Тихий множественный шорох, словно шелестение лап тысяч насекомых, донёсся из-под плаща Ваади.

И одновременно голос Ваади раздался в голове Таиссы. Призыв и приказ одновременно. Каждый звук проникал в её изнемогающий мозг так грубо и резко, словно голову пилили пополам.

– Спите. Спите. Уходите в со-о-он.

Таисса упрямо стиснула челюсти. Нет.

– Вы слабы, – прошипела темнота. – Слабы.

Чудовищная ментальная тяжесть опустилась на неё, придавливая к зеркальному полу. Шуршание раздалось в её голове – и одновременно Таисса слышала мысленный зов Ваади, обращённый к её спутникам. К ней подступало чужое присутствие, пытаясь порвать на части всё, чем она была. Сломать всё, что у неё было.

А сил у неё было не так уж много. Особенно теперь.

– Ты потеряла его-о навсегда, Таисса Пирс, – прошептала темнота. – Вернон Лютер никогда, никогда больше не улыбнётся тебе. Ты потеряла всё.