Таисса инстинктивно попыталась уклониться, зная, что её отец сделает то же самое. Но, уже видя, как огонь пожирает обстановку конференц-зала и летят в стороны осколки стёкол, осознала: уклониться невозможно. Перед ней были дискретные установки, стреляющие в сверхскорости. Такие же, как те, которые Таисса видела в параллельной реальности. Технический прогресс не стоял на месте.

…Вот только откуда у лже-Таиссы такие мощности?

В голове гудело. За окнами сверкали разряды: подбитые беспилотники обломками валились вниз. Запоздало поняв, что её бесплотная тень невредима, Таисса перевела заторможенный взгляд на оседающую каменную пыль, мимоходом изумившись, что выдержали перекрытия.

И почувствовала, как у неё останавливается сердце.

Нет. Этого не могло быть, потому что не могло быть никогда. Сначала безжизненно лежащий Вернон, теперь отец…

…Эйвен Пирс лежал неподвижно. По лицу струилась кровь, руки повисли, но он был ещё жив.

– Нет, – беззвучно произнесла Таисса. Это спектакль, наведённый Ваади, это чужое представление, чужая воля…

В ушах звенело, и Таисса не сразу осознала, что слышит чужой смех.

Вторая Таисса, выглядящая и говорящая как Таисса Пирс, появилась в поле зрения. Она была невредима: дрон проекции не пострадал.

– Результативная встреча, – проронила она. – Как я и говорила, Таисса Пирс не проигрывает.

От улыбки на её лице Таиссу бросило в дрожь. Лже-Таисса наклонилась к умирающему.

– Я сделаю так, что все будут ненавидеть твою дочь и дочь Мелиссы Пирс, – прошептала она. – Достойная месть.

Губы Эйвена Пирса шевельнулись.

– За… что?

Проекция лишь издевательски усмехнулась. И эта усмешка стала для Таиссы последним ударом, позволившим ей перейти черту.

– Она не я!

Резкий, хриплый, разрывающий уши крик Таиссы пробил невидимые стены, как промасленную бумагу.

Но глаза её отца уже погасли. Веки опустились.

Он её не услышал. И ушёл, думая и понимая, что его убила его же дочь.

– Нет, – выдавила Таисса. – Нет, не умирай, у тебя же есть система жизнеобеспечения, электроника…