– То, что-о вы называете чётками, реагирует на разум Стража, – прошипел он. – Чтобы сфера замерла, нужно, чтобы все бусины погасли.

Глаза Лары расширились.

– И всё?

– Да. Воронка погаснет по-оследней. Всех, кто будет в зале в это-от момент, вытолкнет наружу.

– Домой, – произнёс Дир дрогнувшим голосом. – На Землю.

– Да.

– Всего-то, – произнесла Таисса, не отрывая взгляда от артефакта, покачивающегося в щупальцах Ваади. – Мне нужно всего лишь погасить чётки.

– А что случится с Таиссой? – резко спросил Дир. – Когда она остановит время в сфере и даст нам выйти, она сможет покинуть сферу с нами?

Каркающий сухой клёкот.

– Сфера не может жить без Стража. С вами она не вернё-отся. Она останется здесь.

Наступила тишина. Лара и Дир смотрели на Таиссу, и ей показалось, что она стоит под огромной толщей воды, а всё, что она любит, исчезает, скрывается вместе с гаснущим светом наверху.

Она может вытолкнуть их. Остановить время. Но сама останется в сфере навечно.

Дир, очень бледный, шагнул вперёд.

– Таис останется здесь, – повторил он. – Даже если она сумеет открыть нам дорогу, она будет заперта здесь? Навечно?

Щупальца Ваади заколыхались. Он издал клокочущий смешок, почти вися над шахтой.

– Да. Но сначала она отпустит меня. На моих усло-овиях.

Воздух задрожал вокруг него, готовясь сгуститься в кинетическую волну.

Ваади перестал с ними играть или договариваться. Ставкой теперь была его жизнь.

Ей оставалось лишь одно.

Таисса собрала все силы и прыгнула вперёд.