– Посмотрим, что решу новый я, – пожал плечами Вернон-Кай. – Опций, как ты понимаешь, немного.

Таисса смотрела на него, медленно осознавая, что с ней произойдёт.

– Вернон никогда не очнётся внутри сферы, – хрипло сказала она. – Ни он, ни Майлз. Это слишком опасно из-за вашего бывшего общего генетического кода.

Принц Пустоты едва заметно наклонил голову.

– Ты хотя бы можешь восстановить Вернона? – спросила Таисса. – Поправить его здоровье, сделать так, чтобы ему осталось… больше лет, чтобы…

– Я понял, Таисса-заботливость. У меня нет чудо-медицины, которая бы дала ему ещё восемьдесят лет. Как и кому-либо ещё из вас. Регенерация и стазис восстановят тело, но его ресурс конечен.

– То есть нам придётся лечить его самим, если мы вернёмся.

– Пусть это тебя не беспокоит.

Холодный тон заставил Таиссу вновь посмотреть в серые глаза Стража очень пристально.

– Ты и меня хочешь уложить в саркофаг, – утвердительно произнесла Таисса. – Потому что я несу в себе след Стража. Потому что мы связаны. Потому что серебро окутало и меня тоже.

И по его глазам поняла, что угадала.

Взгляд Таиссы упал на воронку. Она уже потеряла свой мир, потеряла отца, вот-вот потеряет свободу, и теперь, едва осознав, что Вернон жив, она теряет его снова.

Осталось ли у неё хоть что-то, что она не потеряла?

И может ли она сделать так, чтобы не потерять ничего больше?

Таисса сделала глубокий вдох. Она дочь Эйвена Пирса и его единственная наследница. Её отец мёртв, Элен нет рядом, от Вернона помощи не дождёшься. Дир будет сражаться до конца, но только Эйвен Пирс мог обеспечить им всем непоражение. И сейчас эта ноша лежит на её плечах.

Все эти мысли пронеслись у неё в голове за секунду.

А потом она поняла, что ей делать.

Её лицо застыло. Таисса не могла поверить, что план пришёл к ней тут же.

– Хорошо, я поняла, – произнесла она. – Только можно… одно желание? Я хочу попасть в соседний с Верноном саркофаг и попробовать поговорить с ним. Коснуться его сознания, увидеть его. Не тебя, а его.

Она спокойно произнесла эти слова, глядя в лицо Принцу Пустоты. Зная, что он поверит в её заведомую ложь, потому что в неё невозможно было не поверить.