Герцог предполагал, что после схватки с демоном, уничтожения камней и попадания в разрывающую плоть и душу западню должен быть уставшим и измотанным, но после недолгой встречи с любимой сила плескалась в нем, искрилась, горела, перемешиваясь с желанием и счастьем — его и ее. Алана была за его спиной, зависела от него — и эр-лливи давала ему возможность защитить ее, что было весьма кстати.

«Связь эр-лливи сделает тебя в несколько раз могущественнее. Но даже эта сила не стоит рабства, которым она оборачивается, мальчик, — предупреждал его дед. — Полученная мощь не будет только твоей, если твоя пара окажется хотя бы на сотую долю так умна, как моя Эсгарда».

Но Алана была совсем не похожа на Эсгарду. Даор разделял позицию деда: никакая сила не стоила порабощения, но любить Алану — еще до того, как эр-лливи переплела их души, — было так же естественно, как дышать. Даор мог спокойно вложить свое сердце в ее нежные руки, и она не причинила бы ему боли ради своей выгоды. Да что там, Алана ничего не просила и тем более не требовала, наоборот, это он искал, чем порадовать добрую девочку. И чем больше Даор ее узнавал, тем больше влюблялся. На подобное «рабство» он согласился бы и без связи: таким счастливым, как с Аланой, черный герцог не чувствовал себя никогда.

«Я люблю тебя, маленькая».

«Я тоже… буду ждать твоего возвращения».

.

Последний камень был спрятан в столице Пар-оола, Караанде. Разумеется, город закрыли еще в начале войны, оберегаясь от диверсий. Даор оставил Караанду напоследок, прикинув, сколько времени она потребует.

Артефакторная защита Караанды была великолепной. Даор, умевший вскрывать почти любую систему подобного плана, столкнулся с такой продуманностью впервые. Долгие годы он считал, что пар-оольцы не слишком преуспели в искусстве создания сложных амулетов, но сейчас неохотно признал, что ошибался, недооценив их умения.

Город, окутанный кольцами драгоценных каменных жил, был укрыт не хуже Приюта Тайного знания. Проследив уходящие вниз следы, черный герцог понял, как Сину удалось запечатать Караанду со всеми обитателями: он использовал их же периметр. Это открывало старшего директора Приюта с новой, неожиданной стороны — Даор раньше и не предполагал, что тот может оказаться не только выдающимся магом, но и сильным артефактологом, — и определяло как еще более опасного противника в случае прямого столкновения.