─ Верно, ты сам приложил к этому руку, ─ парировала я, допивая залпом чай, пока Ник боролся с удивлением. Да-да, я была очень занята этот год, господин бывший учитель.

Спустя мгновение, вампир отмер, глядя, как я ожесточённо доедаю всё, что оставалось на тарелке, и, видимо, решил, что это лучший момент для признания.

─ Я заключил сделку с Роландом, и поэтому ушёл, соврав о том, что ничего к тебе не чувствую. ─ Хорошо, что я уже всё прожевала – иначе бы точно ком встал в горле. ─ Он был убеждён, что твоя сила проснётся полностью, если я так поступлю. Я знал, что это сильно ударит по тебе, но так же знал, что это нужно сделать, и пошёл на поводу у этого манипулятора. С другой стороны, ─ рассуждал мужчина, ─ это всё же сработало, но я не могу простить себя за то, что не учёл всех деталей.

Сейчас ему врезать или выйдем на улицу?

Не знаю, откуда нашла в себе силы подняться без всяких слов и скандала – я просто встала под обеспокоенным взглядом.

─ Рина?

Но я не реагировала. Я вышла на улицу с неестественно прямой спиной, слыша, как Ник вышел за мной, и просто шагала по скользкой пристани под проливным дождём, пока не оказалась на самом её краю, где волны бились о деревянные, местами покрытыми плесенью доски.

─ Я в курсе, что облажася! ─ пробуя перекричать поднявшийся ветер, пытался донести до меня вампир, приближаясь, пока не оказался на расстоянии вытянутой руки. ─ Но скажи, ты бы смогла просто отказаться от такого шанса? Если бы перед тобой встал выбор – спасти невинных людей или быть счастливой где-то далеко от проблем, разве ты выбрала бы собственное благополучие? Да ты бы первая использовала эту возможность пробудить свою силу, только чтобы помочь тем, кого клялась защитить!

Я всё-таки повернулась к насквозь промокшему вампиру, который и сам, похоже, не ожидал от себя именно этих слов, но они уже были сказаны.

─ Что ж, молодец, у тебя всё замечательно вышло! Только знаешь, не стоило решать за меня, хочу ли я этой силы! Надо было хотя бы поговорить со мной, прежде чем соглашаться на этот бред! ─ я тоже кричала, но не потому что боялась быть неуслышанной – мне было больно от этой безысходности, ведь я прекрасно понимала, что и простить его не могу, и ненавидеть толком не получается. ─ Я хотела, чтобы ты боролся за меня, а не принимал такие решения у меня за спиной! Я хотела, чтобы тот, кого я считаю хотя бы другом, не делал из меня идиотку… Хотя бы ты.

Я уже не отдавала себе отчёта в том, что начала молотить кулаками по его каменной груди, но Ник не останавливал меня, понимая, как мне нужно выплеснуть эмоции, и этим бесил ещё сильнее. Просто стоял, как изваяние, позволяя делать из себя боксёрскую грушу.