В тенях заметно похолодало. Воздух становился все гуще. Чем больше враждебной магии наполняло его, тем сложнее было дышать. Наемнице приходилось прикладывать усилия, чтобы держать под контролем сердцебиение.

«Дыхание – мост между разумом и телом», – как говорили учителя…

Вдох – на четыре удара сердца, выдох – на восемь. Четкий ритм. Вдох – жизнь, выдох – смерть, вдох – жизнь… Пульс замедляется. Вдох – на шесть, выдох – на двенадцать…

Бег – спокойствие и сосредоточение. Концентрация на задании – ни мыслей, ни эмоций. Она – вся слух, зрение, осязание и обоняние.

Среди сумеречных лис магов не водилось, и в то же время все они были по-своему магами. То, что люди могли бы посчитать волшебством, сумеречные лисы называли силами природы – витали.

Они пользовались этой силой, умели ходить особыми тропами, пролегающими где-то на изнанке, «под кожей» плотного мира. Они могли общаться с животными, черпать витали в земле, воде и в воздухе, даже в чужой смерти. Однако сейчас им противостояла сила совершенно иного рода.

Судя по запаху, это волшебство не имело ничего общего с естественными токами жизни или смерти. Оно вызывало панический страх, и потому в округе не было слышно ни шороха зверя, ни крика ночной птицы. Все они убежали, улетели и уползли как можно дальше от средоточия враждебной магии.

По лисьей тропе Джиа преодолевала милю за милей буквально в десять шагов, как если бы она бежала по лесу от одного дерева и до другого. По сути, так оно и было. Чем ближе она подбиралась к тому месту, откуда разносился неестественный запах, тем удушливее становился воздух даже на лисьей тропе.

Добравшись до каменных стен, которые, судя по невзрачному виду строений, принадлежали монастырю, Джиа остановилась и прислушалась. Кроны деревьев зловеще шелестели, скрипели ветви… и больше ничего. Но девушка чувствовала, что ее безымянные братья и сестры находились где-то рядом.

Они шли тайными тропами, невидимые, но ощутимые друг для друга. Разумеется, ведь их общие жертвы ускользнули прямо из-под носа и собрались вместе. Но для чего? После первых покушений они решили обороняться или же напасть?

Джиа прислонилась спиной к дереву, позволив себе последний отдых перед тем, как все начнется. Ей показалось, что теперь она слышит запах крови и еще один едва уловимый, давно позабытый аромат с привкусом ее детского восторга и одновременно страха, соснового леса и моря. Она улыбнулась:

– Ну, здравствуй, Мат Яти́Миэ Мертэза…

– Здравствуй, Лисенок…

Наемница обернулась на голос. Эльф совсем не изменился за эти годы. Он был все так же загадочен, надменен и красив, словно бы сошел со страниц сказок. Зато изменилась она.