— Командор, Редмор и Афинер только что видели, как кто-то спрыгнул с поезда!

— Так чего вы всё еще тут?! — лицо Ремера моментально искажается гримасой гнева. — Быстро в погоню!

Его подчиненные бледнеют и стремительно выбегают из купе, а их глава лишь раздраженно одергивает манжеты своего форменного кителя. Молча выходит из ванной и уже на пороге купе бросает на нас с Мирандой предостерегающий взгляд:

— Всего хорошего, милые гратты. Однако смею предупредить, — глаза Рикарда режут стальным холодом, — будьте осторожны и внимательны на своём пути. Так же, как и мы будем присматривать за вами. До встречи!

— Да чтоб тебе рельсы попутать, вобла ты сушеная, — разражается ругательствами Миранда, как только дверь за командором захлопывается.

— Тише, Мири, не ровен час, вернется! — я успокаивающе похлопываю подругу по руке. — Иди, проверь пассажиров, я скоро к вам выйду.

Я вижу, что она хочет что-то у меня спросить, но лишь машу головой. Пока я сама ничего не выясню, нечего говорить. Помощница споро покидает купе и тут же принимается за дело — загоняет наших клиентов обратно по своим комнаткам.

А я прохожу в ванну и, присев у корзинки, откидываю верхние сорочки. Малышка, свернувшись клубком, испуганно вскидывает голову и смотрит на меня. Но когда узнает, робко улыбается мне и как-то совсем умилительно вытирает нос длинным рукавом пальто.

— И что же мне с тобой делать? А? — спрашиваю я, невольно улыбаясь в ответ.

*Грат, гратта, гратти — вежливое обращение к мужчине, женщине и юной девушке.

Глава 1. Маленькие обжоры и старые счеты

Глава 1. Маленькие обжоры и старые счеты

В вагоне-столовой в этот час никого нет. Кроме меня, малышки Розмари и щебечущей над нами Миранды. Девочка сидит напротив и жадно ест уже вторую тарелку фирменной похлебки моей помощницы.

— Крошка, да откуда же ты? — тем временем спрашивает Миранда, ставя на стол корзинку с ароматными булочками и чашку имбирного капучино для меня.

— Папа сказал мне спрятаться, а сам убежал. Жер-р-рдей увел! — она приподнимает ложку вверх, будто бы говоря: вот какой у меня храбрый папа!

Миранда хватается за сердце, я же удивленно вскидываю брови. Жердями жандармов называют лишь в определенных кругах. Преступных, если уж быть точной. И всё из-за специфического оружия законников — телескопических жезлов, проводящих магию носителя.

— Доченька, где же ты таких слов нахваталась? — вновь заквохтала Мири, присаживаясь рядом с малышкой.

— Так и папа так говорит, и друзья его, — Розмари невинно округляет на нас свои кукольные глазки.

— И кто же твой папа? — мягко улыбаюсь я, поднося чашку ко рту.