— Кейлен… — шепнул едва слышно, виновато. — Я этого не просил. Я…

— Ты будешь герцогом?

Он сглотнул судорожно, кадык дернулся, и как-то разом потемнели глаза.

— Если так решит король.

Еще мрачнее стал.

Решит, Кейлен не сомневалась. Именно поэтому королевский советник Макмилан здесь, поэтому Сазерлану поставили условие. Будет. Так с самого начала было решено.

— А мой сын?

Она не могла не спросить.

Тодд скрипнул зубами, видно, какой непростой для него вопрос.

— Тролли сказали, что не хотят больше видеть Марнахов в Утесе, — сказал немного глухо. — Элмер действительно виноват. Но это можно обойти… — скрипнул зубами снова. — Если я признаю Аарона своим сыном, усыновлю, воспитаю как своего, он перестанет быть Марнахом, то на это закроют глаза. Хочешь, — и вдруг сверкнули глаза почти с надеждой, — я кровью поклянусь, что как только Аарон сам сможет держать оружие в руках, я передам ему Утес? Сейчас ему нужна защита, но как только он сможет…

На севере мужчина становится взрослым, как только может драться сам. Не возраст, только умение. Может быть, уже в четырнадцать…

И Тодд даже дернулся было вытащить меч для клятвы. Он ведь это всерьез.

— Тихо… — Кейлен остановила, поймав его за руку, приложив пальцы к его губам. И Тодд замер. — Ты правда готов признать моего сына своим?

Его глубокий вдох, чуть раздуваются ноздри…

Чуть неуверенная улыбка.

— Мне тут тролли сказали, что я сделал для его рождения едва ли не больше, чем Элмер, так что…

Почти смешно.

Губы облизал.

Так и есть. Сколько Тодд сидел с ней, пел колыбельные. Сколько сил отдал, когда скакал ночью, пытаясь спасти, успеть. Готов был свою жизнь отдать. Да, пожалуй, что больше.

— У тебя будут свои сыновья…