Шмыгнуть носом.

Больше не нужно ничего бояться.

Тянется к нему сама, целует. Всем телом прижимаясь к нему. Она столько боялась, ночей не спала…

Его пальцы подхватывают и сминают ее платье. Со стоном. Почти звериным рычанием. Так отчаянно, резко, словно давнее напряжение срывает как плотину и захлестывает… он подхватывает ее на руки. Быстро. Его горячие пальцы под платьем вдруг касаются ее кожи… И Кейлен чуть вскрикивает.

Тодд замирает разом, словно его окатили водой. Зажмуривается. Еще тяжело дышит. Но отпускает.

— Прости, — говорит тихо, хрипло. Отчетливо всеми силами пытается взять себя в руки. — Я…

Забылся?

Ставит на ноги, пытается даже сделать шаг назад. Но Кейлен не отпускает. Обнимает, держит его. Вдруг понимает, что не хочет отпускать. Что ей нужно того же.

— Не отпускай, — говорит шепотом. — Все правильно. Мне было страшно, а теперь… хорошо теперь. Мне нужно почувствовать, что больше не одна.

— Ты не одна, — так же тихо говорит он. Мягко, хотя глаза еще сумасшедшие, дикие от нахлынувших чувств. — Тебе не нужно меня бояться. Я не трону.

Глупый.

Она улыбается. Касается пальцами его щеки.

— Я не боюсь, — говорит уверено. — И вообще, я уже родила тебе сына, ты спал в моей постели. Думаешь, еще есть, чего бояться?

Он моргает чуть ошарашено и улыбается в ответ. Легко. Тепло безумно.

— Кейлен… — и смеется, обнимает ее снова, но иначе, так нежно. Наклоняется, осторожно трется щекой о ее шею. — А можно, я сегодня снова приду, посплю у тебя в кресле? И колыбельную спою.

— Можно, — соглашается она. — Приходи.

И от этого так хорошо и тепло становится.

* * *

Он сидел на медвежьей шкуре у камина в спальне, тихо покачивая Аарона на руках. Аарон, только что накормленный, сыто причмокивал, пуская пузыри, обхватив крохотными пальчиками за палец Тодда. Тодд улыбался, что-то тихо-тихо говорил ему, осторожно эти пальчики поглаживал, поглядывая на Кейлен. Страшно довольный.

Удивительно, насколько сейчас этот лорд и бывший командир гарнизона казался другим. Кейлен впервые видела его таким спокойным, расслабленным. Впервые — такую блаженную улыбку у него на губах. И так отлично виделось сейчас, что Тодд и сам почти мальчишка, пусть и пришлось рано повзрослеть, пусть и ответственность лежит на плечах.