Она готова была положить весь мир к его ногам! Но теперь…

Он заплатит! Он за всё заплатит! За каждое мгновенье её боли он заплатит своей кровью!

Если только Хейвуд не соврал. Но это не так уж и сложно было проверить.

Риган позвала служанок и велела им в подробностях рассказать, как прошёл турнир. И после того, как услышала о рябиновом венке, сразу же отпустила женщин. Этого было достаточно. Хейвуд сказал правду.

Ну что же. Может быть, ей стоит, наконец, оборвать эту агонию, которая длится столько лет? Может, со смертью Игвара её боль тоже исчезнет? Он предатель и заслужил смерть.

Риган кликнула стражу, набросила накидку на плечи и направилась в покои короля.

Первая волна жгучей ярости прошла и, идя по гулкому коридору замка Бодвар, Риган ощущала, как на неё спускается спокойствие и холодная решимость. Хейвуд прав. Ей остался только один шаг до того, чтобы стать истинной королевой. Нужно лишь отвергнуть в себе всё человеческое, что в ней осталось. И единственное, что её удерживало от этого шага — чувства. Любовь, столько лет живущая в её сердце, вопреки всему.

Она коснулась пальцами камней в ожерелье на груди. Впитала их тепло и услышала, как кто-то нашёптывает в тишине:

Остался один шаг. Только один шаг… Отбрось все сомнения…

Она спросит его прямо об этой девке. И если Игвар ей солжёт, то она сделает оставшийся шаг.

Стража у покоев короля расступилась, и Риган вошла в комнату. Брат сидел у окна и безразлично смотрел на лес на холме, подёрнутый туманной дымкой.

− Ты уже знаешь? — спросил он не оборачиваясь.

− Об этой неблагодарной девке? Да, к сожалению, − Риган подошла, остановилась позади брата и положила ему руку на плечо. — Мало ли красивых женщин? Да и не так уж и нужна тебе именно эта северянка.

− С ней я чувствовал себя живым, − произнёс король задумчиво.

Его корона лежала на столе. Он взял её в руки, покрутил, касаясь пальцами рубиновых камней на острых зубцах и произнёс с печалью в голосе:

− Я устал, Риган. Зачем мне всё это? Я не испытываю ничего. Никаких чувств. Эти победы, земли, поверженные враги… Пиры и чаши с мёдом, что поднимают, славя меня… Завоёванный Север… Но я, как слепой, который смотрит на солнце, не чувствую ничего. Все вокруг говорят, как ярко оно светит, а я не вижу. И только рядом с ней я впервые за много лет ощутил биение сердца, вкус вина, желание…