Лирия уехала ещё раньше, и это было хорошо. После смерти короля поход на север отложился на неопределённое время, поэтому Игвар остался в Талламоре. И было понятно, что как только Гидеон избавится от регентства, то сделает Игвара своим командором. И если всё сделать правильно, то тогда Риган убьёт одной стрелой сразу двух зайцев: останется в Талламоре и выйдет замуж за того, за кого хочет. За Игвара.

И можно сказать, что всё сложилось прекрасно, хотя ей и не полагалось так думать. Полагалось скорбеть, но она не скорбела, а только делала вид. Единственное, что сейчас её беспокоило по-настоящему, это имя «Гидеон», произнесённое тем пьянчугой в полночь. Но Риган решила, что раз с ним ничего не произошло сразу, то значит, Истинный бог забрал какого-то другого Гидеона. И на этом она успокоилась, занявшись всеми придворными делами нового короля, заботу о которых он отдал ей с радостью.

Она снова пошла к колдунье через полгода, когда все в замке стали замечать, что король болен. Гидеон похудел, у него часто бывал жар, и королевский лекарь предположил сначала, что это чахлая хворь. Но настойки из болотного мирта и кора серебряного дуба совсем никак не помогали, хотя и должны были. Потом решили, что это лихорадка, какая случается от выпитой летом стоялой воды. А когда у короля однажды пошла носом кровь, то и вовсе стали искать отравителя. Но где-то в глубине души Риган знала, в чём дело. И после того, как с королём случился припадок и он целые сутки не мог встать с кровати, она снова отправилась в лавку колдуньи. Теперь она знала её имя — Мара.

Колдунья будто бы и не изменилась вовсе за это время, даже встретила её в том же переднике и со ступкой в руках. Улыбнулась, обнажив жёлтые зубы со щербинкой, и произнесла приветливо, как старой знакомой:

− А я уж тебя заждалась, всё думала, когда ты придёшь?

− Ты обманула меня! — произнесла Риган, кутаясь в плащ.

Не хотела, чтобы кто-нибудь узнал в ней сестру короля, и так уже из-за болезни короля кухарки и слуги стали болтать всякое о колдовстве. Особенно после того, как фрэйи отказались лечить Гидеона. Ни одна не согласилась, хоть Риган и сулила им небывалое богатство. И их отказ привёл её ещё в большую ярость. Она вспомнила Лирию и пообещала себе, что найдёт способ наказать этих гордых мерзавок. Ладно бы они отказались лечить её, но Гидеон-то ни в чём не виноват!

− Обманула? — Мара удивлённо подняла брови. — Это в чём же? Давай-ка вспомним… Ты не хотела выходить замуж за старика. Разве ты вышла? Нет. Ты стала второй самой могущественной женщиной в Талламоре после своей матери, да и не только здесь, но и во всей Балейре. Ты можешь делать, что захочешь. Разве не этого ты хотела? Истинный бог услышал твои чаяния и дал тебе всё, чего ты хотела. Я сдержала своё слово. А вот ты обещала служить Истинному богу, но, как только получила своё, тут же забыла об этом обещании. Так чего же ты теперь от меня хочешь?