Я прекрасно понимала, что все в помещении были сосредоточены на нашем разговоре.

— Отлично. Что ты хочешь знать?

— Почему? Почему Артемис делает это?

Я не смогла сдержать дрожь в своём голосе.

— Разве это не вопрос на миллион долларов? — Киган рассмеялся, пусто и безрадостно. — История стара как мир… месть.

— Месть?

— Да, Кэролайн ввела меня в курс дела. Теперь у неё есть ясность, вот почему я пришёл. Чтобы рассказать тебе, что она видела.

И тут раздался стон — Алан.

— Алан, — прошептала я. — Ты в порядке?

— Уф, — он перекатился на бок. — Чёрт. Твою мать.

— Летний фейри, с которым ты была раньше? — спросил Киган.

— Да?

Я преодолела небольшое расстояние до края своей камеры.

— Он плохо перенесёт этот холод, — предупредил Киган.

— Он ещё не присоединился ко Двору, разве это не должно помочь? — спросила я, пытаясь разглядеть лицо Алана в темноте.

— Летний фейри есть Летний фейри, независимо от их принадлежности.

— Я могу сказать, что ты подменыш. Я не знаю, насколько ты новенькая, но не верь всему, что тебе говорят фейри врат, — сказала Габби ершисто.

Прежде чем я успела спросить что-нибудь ещё, нас прервал другой страдальческий звук от Алана. Я снова повернулась к нему.

— Алан, ты меня слышишь?

— Тея? — он застонал и попытался сесть. — Святое дерьмо, что со мной не так? Я чувствую себя так, словно у меня грипп, только хуже. Намного хуже.