Тисон бросил на брата взгляд «я же тебе говорил», но вслух комментировать не стал.

– А потом всё прекратилось, – продолжила я.

– Двор перебрался в Эй-Форийю, – заметил Тисон.

– Он не смог перевезти жезл в загородную резиденцию, а без него он не так крут и всемогущ? Или сам туда не полетел? И даже по возвращению двора в столицу напал он не сразу… а когда таки снизошёл, то как-то грубо, бесцеремонно, словно ему возиться надоело и хотелось покончить поскорее со всем.

– Ты перестала быть одной из дев жребия, готовилась покинуть дворец и переехать в дом Эветьена.

– И в тот день Эветьену как раз потребовалось отлучиться с его императорством…

– Другого шанса могло уже не представиться.

– Благо что по горячим следам идти было некому, а к утру оные следы сто раз остыли бы.

Эветьен покачал головой, слушая, как мы с Тисоном бубним слаженно, развивая идею.

– Вероятно, полюс не выдержал повторной нагрузки, особенно если напавший превысил существенно возможности и свои, и артефакта, – добавил Эветьен. – Либо он не слишком опытен, либо отчаялся. И то и то плохо. Из-за удара образовалась связь с Асфоделией как с бывшей владелицей жезла и… тела. Что тоже нехорошо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Асфоделия говорила, что быть беде, если кто-то использует её жезл в качестве оружия против меня.

– Потому что подобная связь непредсказуема. Вы не вернётесь в прежние свои тела, но ты рискуешь остаться в её разуме… в собственной голове в том состоянии, в каком была этой ночью.

– Незваным гостем, голосом в голове?

– Верно. Или связь породит иные побочные эффекты.

И буду я беспомощным вторым «я», тенью самое себя, жалкими воспоминаниями и полезными знаниями о жизни в моём мире, что в романах обычно отводились прошлой владелице тела, в которое удачно попадала героиня.

Признаться, перспектива пугала до ужаса. Быть и не быть одновременно, существовать в своей голове и в своём мире, но оставаться при том всего-навсего приложением, сторонним наблюдателем, по сути, никем и ничем.

– Что надо сделать, дабы избежать этого? – спросил Тисон.

– Разорвать связь, а прежде разыскать жезл и нынешнего его хозяина. Очевидно, что оба остались во дворце, но…

Дворец велик, полон людей, что вельможей со свитами, что дворцовой прислуги, что посетителей, надеющихся добиться аудиенции у правителя. Это не монаршая резиденция, а фактически проходной двор. Охрана на каждом углу не стояла, камер видеонаблюдения ещё не изобрели. Кто мог подслушивать нас тогда в библиотеке?