Короче, Стефанио надумал провернуть не самую надёжную аферу.

Немного успокоившись относительно ментальных путешествий домой, на досуге я начала перебирать вероятных недоброжелателей. Судить старалась с точки зрения возможностей. Нелюбовь к Асфоделии как к нечестивой островитянке – это одно, а вот иметь дар для наглядной демонстрации антипатии и не бояться сделать его достоянием гласности – совсем другое.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Человек одарён, уверенно ориентируется в дворцовых лабиринтах и не привлекает ненужного внимания.

Слуга, на которого никто лишний раз не взглянет?

Придворный, имеющий достаточно свободного времени для магических практик и слежки за субъектом?

Эветьен сообщил, что проверил охрану и экипаж корабля, отправленного на Сонну, и барки, посланной в замок фрайна Делени, однако единственный человек, побывавший на борту обоих судов – я. И если со стрелой ещё можно было предположить в порядке бреда, что Асфоделия каким-то образом ухитрилась доставить жезл на борт – не сама, но через третьи руки, – то на барке летала уже точно я, ведать не ведающая о жезле.

Собственно, о последнем вообще знало на редкость мало народа и если бы не прошлое нападение, спровоцировавшее образование связи с Асфоделией, вовсе не узнали бы.

Эх, надо было спросить Асфоделию, где же всё-таки жезл находился во время проведения ритуала? Понятно, что не при ней, однако где-то он должен был быть, верно? Причём поблизости, не укрытый в том тайном убежище в её комнатах.

И не оттого ли поменялась Асфоделия не с кем планировала, но со мной, что кто-то забрал артефакт с места происшествия и, следовательно, что-то да нарушил в ходе ритуала?

Глава 29

Глава 29

День икс, то бишь оглашение, приближался неумолимо, вызывая смешанные чувства, – вроде и хотелось, чтобы он наступил уже поскорее, и в то же время напрягал изрядно. Имперские аристократические круги не меньше меня волновались перед большим событием, что могло изменить жизнь многих из них. Светские кумушки, собиравшиеся у арайнэ Фалианны, придерживались прежней версии, но среди придворных попадались и те, кто, по словам Эветьена, догадывался, что не будет названо ни имя Брендетты, ни другой девушки из оставшейся тройки избранных. За день до оглашения мы заезжали к портнихе на финальную примерку и забрать бальное платье и наслушаться я успела всякого. В том числе упоминание, что Мадалин, на публике сама вежливость и набор всех известных добродетелей в одном флаконе, в тесных женских компаниях выказывает явное недовольство внезапной своей отставкой. Поговаривали даже, будто именно она и распустила слухи о появлении новой фаворитки.