Тисон продолжал сопровождать меня и сестру, куда бы нас, ведомых очередной идеей Дианы, ни занесло. С одинаково смиренным, выдержанным терпением мужчина сносил и бесконечные визиты к портнихе, и разъезды взад-вперёд, съедавшие большую часть дня. Диане хотелось всё посмотреть самой и всё показать мне, если бы Тисон периодически не одёргивал её и не возражал против посещения некоторых кварталов, то мы, наверное, исколесили бы город вдоль и поперёк. Даже будучи центром Империи, столица всё равно основательно уступала мегаполисам моего мира, не сравнимая с городами-миллионниками ни размерами, ни количеством населения. Зато я изучила все столичные достопримечательности, покаталась по улицам и широким, запруженным экипажами и верховыми, и по узким, изгибающимся причудливо, где две кареты разъезжались с немалым трудом. Постояла в местной пробке на мосту Виэль, полюбовалась на обитель закатников с обоих берегов по очереди, узнала где что находится и побывала как в кварталах богатых, благоустроенных, с освещением и чистыми улицами, так и в районах попроще, с лепящимися друг к другу домами и весьма ощутимым амбре.

Похоже, в этой части континента тоже наступила осень, то подкрадывающаяся золотом листвы и жухлым солнцем, что поднималось над горизонтом всё позднее и позднее, то вдруг наскакивающая крепнущими холодами и пронизывающим ветром. Но дождей на неделе выдалось мало, если и случались, то несильные, вечером или ночью, и нам с Тисоном ни разу не удалось откосить от выездов в город по причине плохой погоды.

Каждый визит к портнихе вываливал порцию свежих дворцовых сплетен.

Брендетта оставалась в городском доме Витанских и на людях почти не появлялась – к моему облегчению, ибо не хотелось столкнуться с ней у арайнэ Фалианны или ещё у какого мастера по деталям женского гардероба.

Жизель и Нарцисса по-прежнему ожидали оглашения во дворце. Нарцисса вроде бы совсем оправилась, но поговаривали, будто род Элиас не слишком-то доволен текущим положением дел вообще и очевидным крахом своей кандидатки в частности. Слухи о новой императорской фаворитке занимали умы сплетниц куда сильнее, чем подробности о реакции фрайнов северного рода на явный отвод Нарциссы, и я надеялась, что выбор Стефанио не обернётся мятежом похуже островного. О настоящей суженой императора никто ничего не ведал и не слышал, большинство продолжало склоняться в пользу Брендетты, и это, наверное, к лучшему. Не хватало ещё, чтобы об Астре прознали заранее и начали копать. Эветьен обронил как-то, что Стефанио твёрдо намерен скрыть истинное происхождение избранницы, пусть он, Эветьен, решения этого не одобрял и полагал, что подобное маловероятно. То есть скрыть можно, но временно, до особо упёртого копателя. Потому как несколько человек в окружении императора, Эветьена включая, знали, в женском центре Астры двоим-троим сотрудникам известно многое, по Эате слухи когда-то гуляли, что, дескать, счастливо вызволенная из демонского полона фрайнэ Завери в тягости к супругу вернулась, ибо не могла она так скоро понести от законного мужа да раньше срока родить. Посему если найдутся желающие рискнуть и выяснить правду, то сложить два и два будет не столь затруднительно, как кажется.