- О, Эрмитаж! – воскликнула она с воодушевлением. - Да, я хочу его увидеть. Эмилия с таким восторгом рассказывала о нем после их с Мариусом путешествия в этот город год назад. Ну и не только о нем.

- Да, чтобы обойти все самые красивые и интересные места в Петербурге, жизни не хватит, - усмехнулся я. – А у нас всего два дня. Этого катастрофически мало. Но ничего, у нас вся жизнь впереди.

- Ты любишь Петербург, да? – вдруг спросила она притихшим голосом.

- Люблю. Северная столица занимает особое место в моем сердце, - ответил я.

- Тебе, наверное, было грустно покидать этот красивый город?

- Как сказать… Я ведь уезжал в Альтарру, понимая, ради кого и ради чего покидаю Петербург. Моя душа летела твоей навстречу, я уже знал, что ты жива. Как я мог грустить?

В ее изумрудных глазах стремительно промелькнуло что-то необъяснимое и эфемерное, словно призрак. Легкая тень, будто на секунду ее посетила грусть, и тут же оставила. Но не успел я спросить причины этой мимолетной тоски, как она уже вновь задавала мне вопросы.

- А что за Поцелуев мост, о котором ты упоминал? На нем целуются что ли?

- Ты попала прямо в яблочко, свет мой, - ответил я. – Здесь в народе существует поверье, что нельзя целоваться на мостах, поскольку все они – разводные. То есть, для судоходства мост в определенные часы разводят, что разделяет его на две части. Считается, что целоваться на разводном мосту – к скорому расставанию. А Поцелуев мост неразводной, а значит, если я поцелую тебя на этом мосту, мы больше никогда не расстанемся.

В ее взоре вспыхнуло что-то такое, трудно объяснимое.

- Даже не представляла, что ты веришь в такие вещи, - улыбнулась она, задумчиво глядя на меня.

- В общем, я не могу назвать себя суеверным. Но если речь идет о самом дорогом для меня, то я начинаю верить во все.

- Эрик… Почему ты никому не рассказывал обо мне? Все эти годы.

- Несколько человек все же знали кое-что, но без подробностей, - признался я.

- И почему же?

- Этот вопрос мне уже задавали. Я боялся, что если рассказать о своем заветном желании, то оно не сбудется.

- Значит, я была твоим желанием? – она окинула меня лукавым взглядом.

- Была, и остаешься по сей день.

Не отрывая от меня взгляда, она призывно обвила руками мою шею, потянувшись к губам. Ощутив совсем близко ее дыхание, я поймал ее выдох, с едва сдерживаемой страстью впившись в ее полураскрытые губы. Руки Герды легко соскользнули мне на плечи, а сама она крепче прижалась ко мне, позволив в полной мере ощутить волнующую близость ее женственного стройного тела, ставшего в моих объятиях податливым. Ее проворные пальчики расстегнули две верхних пуговицы сначала на моем колете, а затем на рубашке. Не прекращая поцелуй, она легким прикосновением принялась выводить на моей коже невидимые узоры, запуская стайки мурашек, пробуждая трепетную дрожь в теле от просыпающегося желания. Оторвавшись от ее сладких губ, я припал к нежной, благоухающей коже в изгибе шеи, покрывая ее мелкими поцелуями, и тронул языком мочку ее ушка.