— Я ничего не чувствую, Фейт!

— Я знаю.

А меня трясло. От боли, от унижения, но больше от бессилия.

До ванны мы так и не добрались. Плюнув на всё, я выхватила стакан из рук Ориона. Осушила залпом, давясь то ли от поступающих слёз, то ли от горечи напитка. Допив, пошла сразу в кровать. Накрылась одеялом и уже в постели до моего сознания дошло, что в комнате было тепло.

* * *

Я проснулась раньше Ориона. Одевшись, выскользнула в коридор. Замок и его обитатели спали. Я решила прогуляться по территории дворца. Снег и сугробы, там и здесь. Бесконечный снег отсюда и до горизонта. Плюнув на эту затею, развернулась и пошла в оранжерею.

После морозного воздуха сладкий запах вскружил голову. Магия Малакая витала в воздухе. Я улыбнулась. Рыжая положительно влияет на колдуна. Мне стало интересно, а что же с Талией? Зная Бастиана, скорее всего, они даже и не целовались ещё. Конечно, это не моё дело, но мне очень хотелось это исправить.

Встретившись с первыми проснувшимися обитателями замка, я попросила принести завтрак в мои покои, а к обеду организовать для меня и фрейлин обед в оранжерее.

Я рассказала им всё. Как маленькой обучалась магии целительства под пристальным взором Иордина. О храме Ойлистрей и его служителях. О первой битве жителей троемирия. О десяти тысячах архангелов, что положили свои души на алтарь жизни других миров. О бирюзовых глазах, что сияли, как водная гладь под лучами солнца, о первом поцелуе с демоном и о лишении девственности с ним же. О единорогах и о последнем мгновении моей прошлой жизни.

Мы сидели в молчании. Сёстры пытались справиться с той историей, что я рассказала.

— Я всё ещё задаюсь вопросом, — впервые я узрела на лице Эрики непонимание, — как они, живя столько веков, не нашли себе счастье?

— Мы … то есть они, в отличие от людей, живут долгую жизнь. Хранят своё сердце для кого-то ценного и особенного. Влюбляются только раз в жизни, раз и навсегда, распахивая настежь сердце, впуская и храня любовь навечно.

Мыслительные процессы, отразившиеся на лицах Талии и Эрики, изрядно меня повеселили. Но меня раздирало любопытство.

— Талия, как у вас обстоят дела с Бастианом?

Брюнетка покрылась красными пятнами и захихикала. Хитрые искры мелькнули в её глазах.

Мы с Эрикой подтолкнули кресла поближе и ожидали услышать пикантные подробности.

— У нас ничего не было. Мы даже не целовались.

Облом. Я развалилась в кресле.

Из нас троих только у Эрики жизнь искрила яркими красками. Не то что я была удивлена, Бастиан к женщинам всегда подходил осторожно и деликатно, а Талия была исключительной, сама по себе. Но блеск в глазах Талии, подсказывал мне, что нас обманывают.