Она оторвалась от моих губ и, запрокинув голову, застонала. Я не мог оторвать взгляда от её лица. От дрожащих ресниц, от того, как она хватала ртом воздух, как её щеки розовели. Фейт стала двигать бёдрами навстречу моим пальцам, насаживаясь на них. Её бедра тёрлись о мой пах, и мне стало катастрофически тесно в штанах. Словно прочитав мои мысли, её ладошка накрыла бугор на моих брюках и стала двигаться вдоль застёжки. Шумно втянув воздух, я понял, что долго не смогу терпеть. Подхватив любимую на руки, отнёс на кровать.

Так, под звуки музыки, под взрывы фейерверков, что гремели в садах замка, под древние песни эльфов, мы рождали новую историю. Нашу, обещанную «навсегда», сквозь пространство и время.

Что до Дикой Охоты — она станет легендой, мифом, затерявшимся в веках. Послание о нашем прибытии в Ад было отправлено заранее. Ни Андрасу, ни кому-то ещё из обитателей подземного мира не было сообщено о том, что я явлюсь не только в сопровождении своей свиты, но и с моей Королевой.

Когда мы вошли в тронный зал, от каменных стен стали отлетать шепотки. Смотреть на округлившиеся напуганные глаза генералов мне доставило великое удовольствие. На лице Властелина Ада не дрогнула ни одна мышца, глаза остались нечитаемы и не выдавали ни одну живую эмоцию.

Андрас протянул раскрытую ладонь, и когда моя голубка вложила в неё свою, он едва мазнул губами по её пальчикам. Что ни говори, а манерами он превосходил нас всех.

— Ваше величество, мадам Фейт, добро пожаловать в чертоги Ада.

Она ответила на приветствие, едва склонив голову набок.

Расчёт был как раз на Фейт. Именно её присутствие внесло раздор среди правящих Адом. Многие из присутствующих на собрании видели своими глазами смерть ангела, а другим стало известно, когда приговор о нашем изгнании за измену огласили со стен дворца. Они сжигали её взглядами. Вопрос о подлинности Королевы читался в их глазах, но он тут же испарился, когда моя маленькая перевела свой янтарный взор на Ситрала. Он резко втянул воздух и, кажется, забыл выдохнуть.

— Не нужно бояться меня, лорд Ситрал. Я простила вас, как за своё избиение, так и за то, что в тронном зале вы чуть не вырвали мне руки, но это не значит, что я забыла и когда-нибудь забуду.

Его пальцы сжались в кулаки и костяшки побелели. Лицо исказилось в страхе.

Правильно, сволочь, тебе стоит бояться!

По лицам присутствующих было понятно, что их мучает вопрос, как же так получилась, что бывший ангел жива, и, конечно же, самый наглый из генералов не постеснялся его задать, но тут же был прерван своим Королём.