— Ничего? — спросил Зак у хмурившегося Натаниэля, чувствуя себя немного виноватым, что так всех перебаламутил.

— Объективно — ничего, — напряженно ответил друг, вглядываясь в амулеты.

— Объективно? — уточнил Зак, уже готовый признать себя паникером.

— Да, амулет, выявляющий стороннее магическое воздействие, молчит. Поисковый — тоже. Но… — Натаниэль вздохнул. — У меня нехорошее предчувствие. Поэтому склонен думать, что твои инстинкты работают лучше амулетов.

— Если бы это было действительно так, — Зак невесело усмехнулся, — мы не влипли бы и в половину наших приключений. Та история с отравлением чего стоит…

Натаниэль странно посмотрел на него, словно сомневаясь, стоит ли произносить это вслух, но потом все же спросил:

— Ты правда не замечаешь?

— Не замечаю чего?

— Как изменилось твое поведение за последние несколько дней?

Зак задумался. Последние дни он сильнее стал ощущать свою вторую ипостась и активно с ней взаимодействовать. В опасных ситуациях дракон не давал ему задуматься, толкая на импульсивные поступки или, напротив, сдерживая. И почти всегда эти решения оказывались верными. Исключения касались Амелины. Тут уже дракон то и дело норовил потерять контроль, и Заку приходилось прилагать усилия, чтобы не сорваться и не натворить бед. Что само по себе тоже заставляло о многом поразмыслить. А еще — непривычное чувство ответственности, внезапно свалившееся на его плечи в виде замкнутой и немногословной девушки, в один момент ставшей центром мироздания. Зак всегда был младшим: младшим принцем, младшим братом, младшим товарищем. Сейчас же, для Амелины, он вдруг оказался взрослее, опытнее и сильнее. Это и окрыляло, и пугало одновременно.

— Мне кажется, — поразмыслив, с усмешкой ответил Зак, — процесс взросления еще не завершился. Я все еще способен на глупости.

— Мне будет не хватать наивного, доброго и справедливого дракончика, постоянно попадающего в неприятности, — улыбнулся Натаниэль.

— Мне тоже не хватает чистосердечного, открытого и рассудительного Натаниэля, обходящего стороной сомнительных дам и твердо идущего к своей мечте… — совершенно серьезно ответил Зак, подумав, что момент для такого признания вполне подходящий.

Все остальное время, стоило ему начать высказывать опасения за судьбу друга, они переводились в шутку. Все, за исключением Тедерика, не видели ничего страшного в бесконечных пьянках, дуэлях и любовных похождениях, выходящих за границы разумного. Тем более что во время походов Натаниэль ничего такого себе не позволял. Но походов становилось все меньше, и друг все глубже проваливался в пьянство и блуд. Зак на каком-то подсознательном уровне чувствовал: дорожка в одну сторону. К сожалению, убедить в опасности друзей и брата у него не получалось.