* * *

После отъезда Зака Амелина почти не спала. Потерянная, она молча лежала, глядя в потолок, не в состоянии закрыть глаза. Сил плакать тоже не осталось. Прощальный разговор с Заком, нежность в его взгляде и обезоруживающее всепрощение — как последний удар, последний гвоздь в крышку гроба, в котором покоилась ее вера. Зак знал, что каждое слово, сорвавшееся с губ возлюбленной — ложь. Очевидная и неумелая. Знал и ждал хоть какой-то зацепки, которая позволила бы понять истинные причины внезапной перемены. Но Амелина всеми силами старалась себя не выдать. Намекни она хоть одним вздохом, что ее заставили — разъяренный дракон разнес бы врагов. Защитил бы. Спас. Унес с собой в самую высокую башню, где по сказкам положено прятать похищенных принцесс. Но как могла она, Амелина, искать спасения, если сама навлекла на семью беду? Как могла оставить в руках врагов самых близких людей: родителей и брата с сестрой?

Спеша домой, Амелина предполагала, что основным препятствием на пути к счастливому браку станет упрямство отца, по непонятной причине невзлюбившего потенциального зятя с первого взгляда. Но она ошиблась. Ах, ну почему всегда славившаяся умом Амелина повела себя так беспечно? Почему отослала сопровождавших ее Этеров, доверившись тому, кто вовсе не стоил доверия? Почему, почему, демоны побери, не послушалась Натаниэля, несколько раз повторившего эти злосчастные правила сопровождения для членов королевской семьи?!

«Лина, я понимаю, это может показаться излишним», — говорил лорд Райт, выдавая последние наставления отряду, — «но последний раз, когда мы нарушили правила, это… это дорого обошлось».

Верно. Их беспечность стоила нескольких жизней. Амелина знала это, но, одному Всемилостивому известно по какой причине, попросила командира отряда оставить ее в деревне на границе владений отца. На попечение господина Шлонце, который так удачно встретился им по дороге. Как же, близкий друг семьи! Доверенное лицо госпожи Демут. Демоны его раздери!

О своей глупости Амелина пожалела практически сразу, как только осела пыль, поднятая копытами этерских скакунов.

Они устроились на террасе постоялого двора. Деревенька находилась всего в получасе езды от замка, поэтому спешить не было никакого смысла. Господин Шлонце ловко расспросил Амелину о планах, сверля недовольным взглядом королевскую печатку на безымянном пальце левой руки.

— Как же так, Лина, девочка моя? Я ведь тебе верил, — вздыхал он так сокрушительно, что в прежние времена Амелина безропотно бы согласилась, что подвела близкого человека. — Сколько сил вложено? Сколько надежд будет похоронено в угоду девичьей блажи. Я считал тебя умнее, много умнее, милая. Не такой, как все. Понимаешь? Неужели ты променяешь свободу на золотую клетку? Возможность заниматься любимым делом — на сомнительную честь вынашивать бесконечное количество драконьего отродья…