— Лови, я сказал! — повторил Монстр: церемониться он не собирался.

Бестелесная фигурка вздрогнула и схватилась за горло, словно кто-то начал ее душить.

— Оставь, — зло рыкнул Джерард, протягивая к душе ладонь.

Иногда смерть действительно была избавлением и, глядя на рану Амелины, он бы ни за что не согласился очутиться на ее месте. Если бы речь шла о незнакомке, Джерард просто позволил ей сбежать. Некроманты умеют «держать», но в большинстве случаев это бессмысленно. Зачем продлевать страдания? Но тут… Джерард малодушно надеялся хоть на какой-то шанс. Терять близкого человека он не готов. Двух близких людей.

— Нет, прошу…

Сопротивлялась она слабо. Как бабочка, растерявшая пыльцу с крыльев и готовая умереть. Только все было наоборот. Жить иногда в разы труднее.

— Быстрее, — торопил Монстр, недовольный задержкой.

— Отвали, — огрызнулся Джерард, медленно притягивая душу к телу. — Ей больно. И страшно.

— Это не важно, — рыкнул Монстр. — Время уходит! Ваш принц долго не продержится! Я разрушаю это тело!

— Продержится!

Кем бы ни был этот ублюдок, захвативший тело Эдварда, он спас ему жизнь. И Амелину спасти хочет. Хоть и действует, как последний засранец. Джерард стиснул зубы. Силы оставляли его, а опоясывающая боль сковывала движения, замедляя и заставляя терять время, которого практически не осталось. Воскрешение мертвых невозможно априори. Некромант может держать душу в теле, на давая ей вырваться на свободу, но само тело от этого никак не излечится. Этот прием иногда практиковали, если вмешательство лекаря могло спасти. Например, в случае отравления, когда можно быстро дать противоядие. А все, что он делал сейчас, больше походило на пытку.

Джерард видел, как изгибается тело Амелины, как вместе с криками из ее горла льется кровь, но не мог остановиться. Что-то давило на него, заставляя, словно умалишенного, верить в благополучный исход. Хотя какой благополучный? Он сам на нуле и через несколько минут просто вырубится. Возможно навсегда.

— Лина! Лина! — это был не крик, а рев; Джерард не видел, что происходит у него за спиной, но голос Зака сложно не узнать. — Пустите меня к ней!

— Стоять! — громогласно возразил Тедерик с непривычными стальными интонациями. — Нейт, держи его! Крепко!

— Пустите! — продолжал сопротивляться Зак.

Интересно, как они его держат, если он в несколько раз сильнее? Да еще и на взводе? Монстр тем временем опустился на колени рядом с корчившейся от боли Амелиной и медленно начал водить ладонями над ее раной. Он не то шептал, не то пел на каком-то древнем языке, не обращая на вновь прибывших никакого внимания.