Он серьезно посмотрел ей в глаза и сказал:

— Пришло сообщение от отца. Мне надо завтра возвращаться в свой мир — рассмотрение законопроекта назначено на 31 декабря.

— Вот же… Святые угодники…

Она уткнулась ему в грудь, снова с трудом подавляя слезы.

— Прости, прости, пожалуйста, прости, — только и мог говорить Кайл ей в макушку.

* * *

В “Приют” они вернулись с заднего входа — совершенно отрешенная Кейт и нервничающий Кайл. Они прошли мимо дезкамер, мимо кладовых, мимо больничной палаты. Кейт заглянула в открытую дверь и удивилась — в палате, где дети продолжали спать, стоял Грей и наблюдал, как Палмер набирает в шприц кровь одного из детей. На стерильном столике возле Палмера уже лежали плотно закрытые пробирки с кровью, пронумерованные римскими цифрами.

Кейт решительно зашла в палату:

— Что тут происходит, Джон?

Тот ответить не успел — вмешался Грей:

— Забор крови на нужды вампиров, конечно же.

Палмер залепил лейкопластырем место укола у мальчика и встал:

— Лорд Грей пообещал, что с помощью крови может разыскать родственников детей. Иначе я бы его не подпустил к детям ни за что.

Кейт мотнула головой в расстройстве, но лорд Грей высокомерно сказал:

— Палмер, именно ЭТО я и сказал. Не вмешивайтесь, когда вас не просят. — Он, чуть пошатываясь, как пьяный (Кайл решил, что от запаха крови) вышел в коридор, бросая Моро: — как будет все готово — занесешь ко мне в комнаты.

И пошел прочь.

— Боже, что это было?! — в сердцах сказала Кейт. — Он явно хочет, чтобы его прибили. И нарвется же. Уже даже я мечтаю его прибить…

* * *

Лия осторожно прикоснулась к пробиркам с кровью, принесенными Кайлом:

— Что это?