— Хорошо. Хвалить мисс Милн можно? Она же триумфатор этой ночи.

— Прекрати, Грей! Я же попросила… — Эйч тряхнула головой, — так, я пойду, отнесу оружие. Ему не место тут.

— Эйч… Мне с тобой?

— Я большая девочка, Грей! — она пошла к лестнице.

Эмили тоже вздохнула и направилась на кухню. Джона решительно зашагал за ней следом — помогать. И Кейт подумалось, что теперь все точно будет хорошо.

Грей присел перед камином, подбрасывая туда свежие дрова.

Бодро работал телевизор, обескураженный диктор рассказывал о замеченных над Ливерпулем драконах:

— …Драконах, господи боже мой, этот мир сошел с ума. Что пил редактор, пуская такое в прямой эфир?!

Картинка переключилась на его коллегу по работе, который подхватил чтение новостей о странной эпидемии расщепления личности, разразившейся в Лондоне. Впрочем, этот диктор тоже долго не продержался:

— …люди утверждают, что помнят события другого “Я” из другого мира… Простите… Чушь какая… Где я, черт вас побери, нахожусь? И что за чушь я читаю?! Я должен быть… На приеме у Короля Осени! — Он спешно встал, срывая наушники.

Картинка бодро сменилась рекламой. Кейт развернулась к Грею:

— Ты говорил — все пройдет без последствий!

Тот выпрямился и прислонился к камину, сложив руки на груди:

— Не переживай — поспят, и старые личности уйдут в подсознание. Или вытеснят более скучную. Кому как повезет. Твой Йен счастливчик — представляешь, если бы в нем одномоментно проснулись я, Кайл и Анж? И кто бы победил — вот в чем вопрос!

Кайл поднял руки вверх:

— Я бы не причинил вреда Йену…

Грей прищурился:

— Потому что этот счастливчик знает — в подсознание ушли бы мы с Анжем, таща Йена под белые руки.

* * *

В спальне на подушке так и лежала цепочка с жемчужиной. Эйч бросила кобуру на кровать — разберется позднее. Протянула руку и взяла цепочку, разглядывая мягко сияющую в полумраке комнаты жемчужину. Красивая, гладкая, похожая на капельку то ли дождя, то ли слезы.