Почему такой вывод был автоматическим? В подростковом возрасте Рэйдан заинтересовался ритуалистикой, путь её угасания был интересным, настолько, что он почти решил заняться исследованиями этой темы. В открытых источниках информации по ритуалистике почти не было, пришлось заказать книги из библиотеки при совете стратегов. Но, прочитав томик введения в ритуалистику, Рэйдан резко потерял к ней всякий интерес и вскоре увлёкся закономерностями появления покрова у драконов, не проживающих близко к источникам магии.

«Ритуальная магия бесперспективна и ущербна, не стоит о ней думать», — эта мысль снова и снова всплывала в голове Рэйдана, словно навеянная лунным драконом. Постоянно всплывала сейчас, когда он видел всю мощь ритуальной магии в исполнении Ведьмы.

Эта установка действовала и сейчас, мешая думать об окружающих Ведьму предметах, как о части ритуала, ведь ритуал не может обладать такой огромной силой. Но разум Рэйдана был достаточно пытлив, чтобы вытягивать из памяти обрывки знаний об этом типе магии и предположить, что книга по ритуалистике из библиотеки совета стратегов, скорее всего, во время прочтения наложила на него установку не воспринимать ритуалистику всерьёз. И накладывала на других исследователей, ведь основная часть информации по ритуалистике хранилась именно в библиотеке совета стратегов и распространялась по ареалам оттуда.

Так что, раз за разом преодолевая сопротивление чужой установки, Рэйдан изучал плетёные круги с перьями, кружившие над головой Ведьмы. Цвет элементов ритуала повторял цвета магии. На шее Ведьмы висела подвеска, чья поверхности принимала цвет того плетёного круга, что оказывался перед Ведьмой. Движение предметов обладало едва заметной в почти непрерывном кружении ритмичностью: они замирали на краткий миг в половину удара сердца. Как будто проворачивалась шестерёнка.

Подозрительными были и линии на земле: вписанный в квадрат круг. Казалось, это след изначального фундамента здания и круга чаши источника Дрэгонхолла, но здание было больше, только круг повторял границу чаши. Странная небрежность для помешанной на порядке, если только в этом несоответствии, в самом существовании этих линий заложен отдельный смысл.

Трон находился в самой сердцевине этого узора из двух геометрических фигур. Вблизи Рэйдан рассмотрел на его переливающейся поверхности следы символов. Ведьма, какие бы эмоции ни наполняли её голос, сидела на троне абсолютно неподвижно, кольца на её пальцах, браслеты на руках и ногах, квадраты серёг мерцали тем же разноцветием, что и основание трона. Это мерцание проходило по ним одновременно, словно трон и украшения — единое целое.