— …ваши потуги бессмысленны, в этот раз я подготовилась, никто не сможет мне помешать, — в голосе высокомерие смешивалось со звонкой радостью.

Но в теле двигались только грудь, губы и мышцы шеи — для вдоха, для слов.

Все эти привлёкшие внимание предметы, их взаимодействие друг с другом напоминали древнюю артефакторику, ныне заменённую изготовлением вещей из планарных материалов с особыми свойствами. Артефакторику, более сложную сестру ритуалистики, перестали использовать из-за несоизмеримости вложений с отдачей артефактов. И это тоже случилось около двух тысяч лет назад.

Вроде бы разумный отказ от двух слишком сложных магических наук, но на Рэйдана снисходило болезненно-приятное озарение: Ведьма сделала всё возможное, чтобы очернить ритуалистику и сходную с ней артефакторику, стирала саму память о ней. Чтобы стать единственным экспертом, чтобы никто не мог помешать её собственной ритуальной магии и её артефактам.

— Простите, что вмешиваюсь в объяснение… — Рэйдан решил действовать вежливо.

От взгляда Ведьмы — головой она не двинула — у него побежали мурашки. Но в этот момент Рэйдан перестал бояться, потому что Ведьма перестала быть для него неизвестной и абсолютно непонятной угрозой. Рэйдан улыбнулся, следуя вспышкам мыслей:

— Вы каким-то образом наложили на старые книги по ритуалистике внушение считать эту науку ущербной?

Её взгляд потяжелел. Дёрнулись щупальца, и Рэйдан приготовился к очередному удару о землю, тело пронзило фантомной и вполне реальной болью в потревоженных переломах, но Ведьма, оставаясь неестественно неподвижной, ответила:

— Да. Я уничтожала трактаты и учебники, а через новые, выполненные на моих типографиях и скопированные для коллекций ценителей, накладывала ритуал отрицания, чтобы не взращивать себе конкурентов. Молодец, мальчик. Надеюсь, ты понимаешь, что после того, как ты узнал источник моей силы, я должна буду убить вас всех?

Рэйдан хотел ответить, но его пронзило холодом. В девушке с метлой, несмотря на высветленные волосы и робу представителя другого типа магии, он сразу узнал Лею.

На удар сердца словно весь промёрз от страха за неё.

А в следующий удар сердца подавил рвущийся из груди крик «Беги!» и заставил себя отвести взгляд. Заметил Ксанту с лопатой, зачем-то маскирующуюся под Лею. Удивление помогло Рэйдану подавить отчаяние, и робкая надежда колыхнулась в сердце.

— Так ты и так собиралась нас убить, разве нет? — осведомился Гилиен.

Искоса Рэйдан глянул на него и заметил сжавшиеся кулаки. Предположил, что Гилиен тоже заметил приближающихся девушек.