Невольно покосилась на Рэйдана. Он по-прежнему смотрел на меня. И скулы у него действительно замечательные, как и мужественный подбородок.

Но мне надо читать письмо.

«…и эти соблазнительные губы: какие они на вкус? Насколько властным и головокружительным может быть ваш поцелуй?»

К щекам потекла горячая кровь, и я несколько раз моргнула, подавляя желание потрогать свои губы: поцелуи Рэйдана достаточно властные, ага…

«Невыносимо, до удушья хочется обнять вас, прижаться к широкой груди, ощутить биение вашего сильного сердца, разорвать презренную одежду, скрывающую красоту ваших мышц, провести ладонями от груди и ниже…»

Так, это уже какая-то порнография! Я глянула дальше, и щёки запылали сильнее.

– Что там такое? – Рэйдан за своим столом подался вперёд, но я не могла оторваться от текста.

Сглотнула. Что-то во рту пересохло.

– Лея? – строже позвал Рэйдан.

– Кхм, – я похлопала себя по груди и вздохнула, ругаясь на невольный жар в щеках. – Тут… э-э, несколько нестандартный вариант.

– Дай посмотреть, – Рэйдан протянул руку.

И что-то коленки задрожали от окутавшего меня тепла. Я снова кашлянула и решительно поднялась. На самом деле мне вдруг захотелось посмотреть, как краснеет Рэйдан. Наверное, это будет мило…

«И возбуждающе», – добавил впечатлённый посланием мозг.

Придав лицу серьёзное выражение, я вручила Рэйдану длинный лист и ткнула пальцем в начало горячего:

– Читайте отсюда.

Сначала Рэйдан нахмурился. Потом его брови поползли вверх. Затем он прикрыл и открыл глаза. Его ресницы слегка трепетали. Скулы от чтения румянцем не расцвели, к сожалению. Но кончики ушей, выглядывающие между белых прядей, порозовели!

Уголки моих губ от этого зрелища поползли вверх, но, когда Рэйдан кашлянул, я снова приняла серьёзный вид.