- И что, часто книга-то помогала? – заинтересовался Платон Александрович.

- Да вроде бы иногда помогала, если верить семейной истории.

- Давайте пробовать, - вздохнула я. – Мы в любом случае ничего не теряем.

Анри взял свой кинжал, добыл крови и капнул на раскрытые страницы. Кровь впиталась, и вместо тех страниц мы увидели водоворот букв – будто рукописные строчки вертелись, крутились, завивались воронками и виньетками. А потом так и остались нечитаемым орнаментом, но в серединке появилось чистое квадратное окошко.

- Туда нужно записать вопрос, - сказал Анри.

- Кровью, что ли? – нахмурилась я.

Но он уже писал проколотым пальцем, я едва успевала разобрать буквы, прежде чем они впитывались в бумагу бесследно. Писал долго, дважды ещё прокалывал палец, чтобы было, чем выводить буквы.

«Как победить волшебный туман за перевалом, что над поселением Тихая Гавань на краю света?»

Все написанные слова впитались, и на странице снова что-то бурлило и шевелилось. Мы все склонились к раскрытой книге, и ждали ответа, затаив дыхание. А его всё не было и не было. А потом вдруг стало: на странице как будто изнутри проявились такие же ярко-красные буквы.

«Поможет сила всех стихий, жизнь, смерть и божественная правда. И то, о чём не знают, чего не могло быть, но оно есть».

- Ну утешили, - не удержалась я.

Оно конечно, все предсказания всегда выглядят, как полная чушь, и их нужно толковать при помощи специальных толкователей, но у нас-то только мы!

- Нужно подумать, - сказал Асканио. – Что-то в этом определено есть. Силы, как они есть в мире, и… что-то ещё.

Про силы было более-менее понятно, но что с ними делать? Куда применять? Нужно просто применить каждую силу? По очереди или вместе? На каждую силу по магу, или как-то иначе? Или нужен такой, чтобы всё умел? А что такое – чего не могло быть? Думали, спорили, не надумали и не наспорили ничего определённого. С тем и разошлись.

А утром оказалось, что накануне утекли на рыбалку трое молодых балбесов, и не вернулся ни один.

23. Один в поле не воин

23. Один в поле не воин

Это чуть позже оказалось, а сначала я проснулась от каких-то неконвенционных звуков. Открыла глаза и увидела, как Анри спокойненько себе оделся и пытается открыть дверь, а Муся на него тихо и недовольно муркает – мол, куда попёрся, хозяйка спит ещё. Да-да, вообще можно было и предупредить, что уходит. Или… не только предупредить.

- Доброе утро, друг мой, - ну вот, так лучше.

Обнялись, поцеловались, за ручки подержались.