— Хитро. Тогда с чего мы начнем? — протирая глаза, живо спрашивает Варя.

— Мне нужны твои волосы и не много крови. Сейчас принесу все необходимое.

Адель уходит в свою комнату, возвращается со свертком из темных тканей в руках. Кладет сверток на стол перед ученицей. Ткань бережно укутывающая клинок исписана серебренными знаками, что отражаются от луны в окне.

— Это руны?

— Да, лунные. Удобнее всего хранить клинок именно в них, так не портится клинок, не затупляется, и не дает ему ночью забирать лишние силы.

— Мне придется спать с ним под подушкой. Это ведь не слишком удобно?

— Привыкнешь. Поднимай волосы наверх.

Варя небрежно поднимает наверх вьющиеся темные легкие волосы, часть выпадет из копны и ложатся на бледные острые шейные позвонки. Адель ловким движением руки разворачивает черный клинок из ткани, он ложится к ней в руки как будто сам по себе и движется к волосам с молниеносной скоростью, срезает мягкую прядь.

— Отлично, теперь нам нужно развести огонь. Пока ничего не трогай! Лучше расскажи, что ты видишь в этом ноже? — говорит Адель и кладет клинок острием по направлению к луне. Заворачивает прядь волос к себе на палец и уходит на кухню.

— Он обсидиановый, то есть из вулканического стекла. Трехгранный, рукоять наборная, скорее всего из волчьих позвонков. Почти не видны синие руны на лезвие, здесь написано, — Варя придвигается ближе к клинку, и вдруг ее охватывает страх, сердце и голову слегка сдавливает тревога, — «Ил потерра дататти спирита сарариетта», что переводится как: «Силой всех духов наполнится». Не редкая гравировка.

— Ты делаешь большие успехи! Выходи во двор.

Кострище в уютном дворе надежно спрятано от посторонних глаз в тени деревьев, укрыто серым полотном. Адель с немалым удовольствием и упоением скидывает его подальше. Ставит несколько заготовленных ей бревен и веток в нужное положение. Сидя на коленях, в свете уже поднявшейся луны, она вглядывается в дерево, и оно вспыхивает ярким рыжим огнем, повелеваясь ее взгляду. Негромко выговаривает сложные слова навьего языка, завивая из них целые предложения загадочных заклинаний. Перевязывает волосы со своего пальца на рукоять и лезвие, подогревает его от горящего пламени, и прядь испаряется, исчезает в желто-синих языках.

Варя ощущает в районе солнечного сплетения жжение. Она тихо стонет, стараясь не отвлекать рыжую ведьму. Адель одним взглядом просит Варю подать свою руку, и та ей подчиняется бессознательно. В глазах темнеет, и лишь яркий кровавый свет заставляет ее находиться в сознании. Она чувствует как игла пронзает ее тонкий палец, как капли стекают по лезвию, как он впитывает ее, становится неотрывной связанной частью. Адель продолжает запивать сложные складные предложения. И Варя легко улавливает их смысл.