— Как есть, княже, — отозвался кто-то от дверей.

Злата перевела взгляд туда. Там стояли трое мужчин. Один был очень стар, он выглядел абсолютно безучастным и его покачивало из стороны в сторону. Одет он был просто, и Злата пришла к выводу, что он не со двора. А вот форма двух других и их выправка выдали в них дружинников.

— Тогда подождем, — сказал Ростислав.

***

— Клянитесь, что не тронете Юлю! — потребовал Демьян первым делом.

— Прекрати сейчас же, Злата в опасности…

— Клянитесь! — заорал он.

Лицо его исказилось, и Юля впервые увидела его злым и испуганным. Это было неприятно и страшно. И еще страшнее было от того, что она была причиной происходящего. Она уже поняла, что совершила страшную ошибку, сделала то, чего делать было ни в коем случае нельзя, поверила Евдокии и предала Демьяна и его семью, и теперь они все в опасности. А Демьян ничего не объяснял, просто схватил ее и притащил в дом к родителям, и первым делом, найдя отца, потребовал с него такую клятву. И Юля запоздало поняла и то, что этим предательством, возможно, выстлала себе путь в могилу. Такого не прощают.

— Демьян, — позвала Василиса Петровна, но он проигнорировал ее.

— Клянитесь мне, — настойчиво повторил он. — Клянитесь, что она будет в безопасности.

— Я клянусь, — рявкнул Кощей. — Что происходит?

— Это Ростислав. Он подослал к нам Евдокию, чтобы она выведала информацию о нашей семье. Евдокия — врожденный менталист, как и я. Она залезла к Юле в мозги.

— Ты же сказал, что поставил щиты и печать! — прорычал Кощей.

— Я поставил только щиты. И Евдокия уговорила Юлю их снять.

В кабинете стало тихо. Кощей бешено взглянул на Демьяна, но промолчал, а потом перевел взгляд на Юлю. Она испуганно сглотнула и ощутила уже знакомый холодок на затылке. Он был едва заметен, ощущался куда мягче и вкрадчивее, чем когда на нее воздействовали Евдокия и Демьян, но Юля все равно его почувствовала.

— Хватит! — воскликнула она, не сдержавшись, и схватилась ладонью за затылок. — Не надо, пожалуйста! Я сама все расскажу!

— Расскажи, — неожиданно спокойно и даже почти мягко согласился Кощей и холодок пропал. — Что она хотела знать?

Юля до боли стиснула пальцы в кулаки.