Глядя на нее, я вижу, что больше Саида сегодня ничего не скажет. Она просто посадила семя и теперь ждет, пока оно прорастет. Я достаточно давно ее знаю, чтобы понимать: Саида не сеет раздор опрометчиво. Ведь дружба народов у бессмертных всегда была так же хрупка, как и у людей. Но сейчас она сделала свой выбор.

– Теперь я хотел бы увидеть Нефертари и убедиться, что с ней все хорошо.

Мы все потеряли друзей в той войне. Друзей, которые стали демонами. Когда Сет предложил с помощью регалий обратить превращение вспять, никто не поверил, что такое возможно. Все аристои, включая меня, заподозрили в его идее коварный план унести регалии на континент и похитить. Мы, ангелы, пожертвовали своими друзьями, а джинны – членами своих семей, чтобы спасти регалии, а вместе с ними и Атлантиду, от Сета. А теперь должны задать себе вопрос, верное ли решение тогда приняли. Если бы я занял сторону Сета, то потерял бы все. Как и он. Но как аристой я поклялся защищать остров и его жителей и сдержал свое обещание. Ради этого я предал Сета и отказался от него. В тот момент я думал, что у меня нет другого выбора. Думал, что единственное, чего он на самом деле желал, – это свергнуть своего брата. И я ни на секунду не поверил, что он правда хотел помочь проклятым.

– Мне надо подумать. Всем нам.

Каждому из нас предстоит принять новое решение, а затем жить с ним. В целом мое уже принято.

– Конечно, – кивает Саида. – И на этот раз должны быть наказаны настоящие виновники.

Здесь я полностью с ней согласен.

– Есть еще кое-что, о чем я размышлял.

Вообще-то я собирался к Нефертари, но этот разговор назревал уже давно.

В комнату входит Энола. Она приняла душ и переоделась в белые штаны и рубашку джиннов.

– Нефертари и Кимми были в хаммаме, – докладывает она. – Они не ранены, и у них все в порядке.

Взглядов присутствующих пери избегает. С ней мне тоже потом нужно будет разобраться. Если Энола думает, что ей так просто сойдет с рук попытка убить Сета, то ошибается. Стоило ему захотеть, и сейчас пери лежала бы со свернутой шеей среди остальных мертвецов возле храма или предстала бы перед судом аристоев. О чем она только думала? Ра помиловал Сета, а пока тот ни в чем не обвиняется, она не имеет права нападать.

– Но явилась Исида. Она с ними в женских покоях, – добавляет Энола.

Гор тихо стонет, а во взгляде Саиды мелькает настороженность. Она явно не приглашала богиню, но и отказать ей не может.

– Что еще ты хотел нам сказать? – настойчиво спрашивает королева.

– После смерти Осириса, – начинаю я, глядя на Сета, который был в этом виноват, – он еще мог покидать Дуат, однако со временем потерял эту способность.