Это похвала за то, что влезла в драку и разбила голову Флаву?

-  Ты тоже ничего...бываешь, - не знала, как ещё похвалить за смелость.

Глава 36

Глава 36

POV Катя

Прибыли в больницу далеко за полночь. Дела Максима оказались гораздо хуже, чем тот утверждал: сломано три ребра; скользящее ножевое ранение на правом боку. Я вовремя его процедур устроилась в двухместной палате на третьем этаже центральной больницы, куда нас привез водитель Максима. В маленьком помещении - две кровати, расположенные по разные стороны, в третьей — дверь, в четвертой -окна. Мебель, обои, занавески голубого цвета, что невероятным образом успокаивало. Ох, насколько ненавидела белый цвет в больницах. Он давил. Будто приглашал на тот свет и заранее говорил, отсюда живой не уйдешь. Из этого белого света перелетишь на тот белый.

Медсестра помогла обустроиться, показала где вещи первой необходимости, где ванная и туалет - на этом же этаже на право вдоль коридора.

Я, сидя на кровати Максима, смотрела на ночной остров и прислушивалась к звуку пешеходного перехода, нарушавшего тишину глубокой ночи. Максим пришел через пару часов, когда я почти поддалась притяжению к мягкой подушке и едва не уснула.  Дежурный врач зашил и перевязал туловищу больному, который теперь чувствовал себя неповоротливым медведем, так и заявил, пытаясь сесть на кровать с забинтованными ребрами:

- Навязали эту хрень, теперь не согнешься нормально, будто я присмерти.

Я не знала, что делать и как себя с ним вести. Мысли запутались в клубке эмоций после его неожиданного хода. Это был запрещенный прием. Нельзя позволять себя бить, а потом прикрывать меня от нападавших. Запрещено вести себя, как человек!!! Нельзя! Это путает и пугает. Я привыкла к плохому (вражескому) отношению.

И вновь я не спросила, что произошло, а он не вдавался в подробности. Может устал, ведь его долго били. Его очень долго били и странно, что не потерял сознание во время драки.

Максим аккуратно присел на кровать, а я, чувствуя вину за сломанные ребра, изъявила желание помочь. К тому же, жалко голубое постельное белье, а Максим частично в крови. У дежурной медсестры взяла влажные салфетки и тщательно начала отмывать больного. Абстрагировалась от обстановки и внимательных глаз Максима. Протирала его шею, кадык, грудь от крови. Пальцы немного дрожали, ощупывая его кожу. Но в глаза больному старалась не смотреть. Уж слишком сильно следил за моими движениями, за пальцами, губами. Будто хотел что-то сказать или наоборот обдумывал и находился за пределами этой палаты. Не со мной. Но тем не менее «стекла» поблескивали в темноте и своим вниманием не давали нормально выполнить задачу. Смуглая кожа поблескивала влагой после салфетки, словно языком по ней недавно провели.