- Урод отрезал мои любимые волосы! - отогнул пряди назад мне за спину, оголяя шею, и колечком на языке провел за ухом. Последовали мелкие поцелуи-укусы, то ли хотел съесть, то ли поцеловать. И никак не мог выбрать, что сделать с моей кожей. От влажного ощущения на коже после его требовательных поцелуев, озноб немного сотрясал мою плоть. Ладонь с живота направилась к нижнему белью. Я сдвинула ноги, но его колени между моими резко пресекли мое действо, развели еще шире. Ни туда и ни сюда. Встать невозможно, а ноги настолько широко, чтобы ему было удобнее потрогать.

- Что ты делаешь? - задала самый банальный, глупый вопрос, который можно придумать. Успела схватить его ладонь, которая почти добралась до нижнего белья. Я даже успела почувствовать кончики пальцев между ног и непроизвольно сократиться от его прикосновения. Но вовремя убрала его руку и крепко подняла между нашими лицами. Пленила ее. Максим не соизволил ответить на вопрос. Я сама понимала его глупость, поэтому выдала хороший аргумент, чтобы остудить запал. - Ты ранен!

- У меня не то место ранено, - его пальцы в моей руке мягко начали вырываться, явно чтобы продолжить приставания. Тогда я второй рукой сжала его одну и на всякий случай прижала к груди, чтобы не вырвалась точно.

- Вика и Мэри плохо обслуживают?

- Мне нравится, как ты обслуживаешь.

- Дай угадаю. Ты говоришь это каждой? - да. Я помнила, что он с ними не спит, но минет по-моему тоже считается за секс.

- Только ведьмам.

- Сделаю вид, что поверила. Всё. Отпусти, - сильнее надавали на его руку и в особенности на шаловливые пальцы.

Игривый хлопок по попе неизвестной девочке я тоже не забыла, пока я собиралась умирать на том стуле, он развлекался.

- Максим! - повысила голос, отворачивая шею от губ и влажного языка, скользящего в раковине уха. - Если не прекратишь, я уеду из больницы сейчас же! Пешком уйду! Ночью и одна!

После моей угрозы язык перестал играться с моих ухом и последовало молчание. Долгое. Нудное. Инородное. Напрягающее каждый нерв в теле. Видимо думал. В течение этого времени я успела послушать "пиликание" пешеходного перехода на улице, после чего согласился:

- Хорошо. Тогда ложимся спать.

Почему каждый наш разговор заканчивается словесным боем? Руки не убрал, но покрепче обнял за талию и завалился на кровать спиной. Поморщился от того, что я нечаянно оперлась ладонью о его рану, когда падала вслед за ним. Прижал за голову к своей груди. И единственное, что мне оставалось уткнуться ему в бок, слушать биение его сердца и пытаться заснуть. А его ладонь лежала на лопатках. Давила не очень сильно, но думаю таким образом хотел пресечь возможную попытку бегства. При желании мог схватить. Он собственно, никогда не спрашивает разрешения. Хочет обнять — обнимает, хочет поцеловать — целует, хочет потрогать — трогает, хочет взять — сегодня наверное, впервые послушал. А мне же не драться с ним? Хотя как только не дралась, даже себе угрожала, а ему все равно.